Конечно, до роскошных рынков Тарсидара здешней торговой площади было далеко, но несмотря на это имелось все, чего душа пожелает. Только денег бы хватило. Впрочем, в дальнем углу базара продавали продукты задешево. Пусть порой и не слишком высокого качества, но даже самые бедные горожане вполне могли прожить. Тем более, что работы в Форт-Астаре было полным-полно, рабочих рук не хватало, немногие хотели жить на границе с великой степью. Стены стенами, но мало ли что. А вдруг кочевники прорвутся? Все ведь потеряешь. Даже жизнь. Лучше не рисковать. Но кое-кто ехал сюда на заработки, платили на границе существенно больше, порой в два-три раза. А цены завышать не позволял император. Спекулянтов ждал позорный столб и конфискация всего имущества.
Девушки бродили между прилавками, с интересом глазея на выложенные товары. То их внимание привлекали полупрозрачные, яркие и цветастые платки из Фан-Киона. То шелковые платья и шаровары, поставляемые урук-хай из Урхуда, Мрока и Гортаха. То янтарные бусы и ожерелья из Нерлавана. То практичные, крепкие костюмы из гаара, ткани, вытканной из древесных волокон, добываемых в лесах около Шерандара и Тавинталя. То поделки ремесленников из Нартагаля и Даркасадара. О фруктах, овощах, рыбе, мясе, сладостях даже говорить не стоило, их было столько видов, что глаза разбегались.
Впереди собралась небольшая толпа. Заинтересовавшись, подруги прорвались сквозь нее и оказались около помоста, на котором развлекали людей двое паяцев. Скоморохи приехали? Отлично, бродячие труппы циркачей уже около десяти дней обходили Форт-Астар стороной, и горожане соскучились по развлечениям. Тайка с Рахой тоже совсем непрочь были посмотреть на представление. Они с жадным интересом наблюдали за подготавливающими реквизит скоморохами. Внезапно орочка заметила неподалеку знакомую копну рыжих волос и ткнула пальцем в бок подругу, кивнув туда. Санти, конечно, эту огненно-рыжую голову и сияющую веселой улыбкой конопатую физиономию не узнать было невозможно. А он что здесь делает? Тоже посмотреть пришел? Девушки протолкались к парню и вежливо поздоровались.
– А, это вы, – кивнул рыжий, ухмыльнувшись. – Гуляете?
– Нас отпустили, – поспешила сообщить Раха, вполне справедливо опасавшаяся, что кровный брат наставника вполне способен погнать учениц на новую тренировку, как не раз случалось.
Санти прекрасно понял ее опасения, помнил, как сам стонал еще какой-то месяц назад. Пусть себе девчонки отдохнут немного, замучились бедные, совсем их Тини с Энетом загоняли. Впрочем, еще неизвестно, что будет после того, как у него самого появится ученик. Тоже, наверное, придется гонять, как сидорову козу. Без этого горным мастером не станешь.
На помост выскочил бело-синий паяц, сделал пару сальто и низко поклонился зрителям.
– Ой, это же дядька Таван… – растерянно пробормотал Санти. – Точно он. Вот так дела, а я думал, он умер…
– Вы его знаете? – удивилась орочка.
– Друг отца. Я сам отца не помню, он погиб когда я еще не родился, но потом дядька Таван о нас с мамкой заботился, еще вот таким меня жонглировать учил.
Санти показал каким. Не выше колена. Раха удивилась, услышав, что такого малыша учили всяким хитрым штукам. Что он в этом возрасте понять-то мог? Впрочем, не ее дело. На помосте между тем разворачивалось представление. Паяца сменили акробаты, легко ходившие по натянутому между двумя столбами канату. Орочка знала, что их с Тайкой тоже вскоре будут учить этому, и нервно поежилась. Не представляла как можно выучиться подобному. Но раз наставник научился, то научится и она. Никуда не денется.
На помост вышел жонглер. Очень необычно выглядящий. Раха удивленно приоткрыла рот – не видела еще похожих людей. Светло коричневая кожа, узкие синие глаза, горящие яростным огнем, вздымались к вискам. Точеные черты лица и грива золотистых волос. И… Это была, как ни странно, молодая женщина. Она, ничего не говоря, поклонилась зрителям, и начала зажигать факелы.
Санти завороженно смотрел на циркачку. Какая невероятная, какая необычная красавица! Но откуда она такая взялась? Не жило в империи похожих народов, странная, полуэльфийская какая-то внешность. Золотоволосая подбросила вверх один факел, за ним другой, потом третий. Вскоре она жонглировала уже добрым десятком. В темнеющем вечернем воздухе это выглядело на удивление красиво. Рыжий вздохнул, понимая, что сам никогда больше не выйдет на арену. Все в прошлом, как ни грустно это признавать.
