Ни один из начиненных взрывчаткой грузовиков не достиг своей цели. Первый, самый большой по грузоподъемности грузовик был перехвачен на Романовском мосту на западном въезде в Казань. Благодаря случайности полиция сумела вычислить адскую машину в потоке и попыталась провести специальную операцию по ее обезвреживанию. Но тут сыграло роль то, что полной уверенности в том, что перед ними машина-бомба, у полицейских не было, и при проведении специальной операции они допустили ошибку, попытались просто захватить машину и водителя. Здесь нужно было вывести на позицию снайпера, ликвидировать водителя-шахида, а потом попытаться разминировать машину. Но сделано этого не было, и результат был ужасающий – почти четыре тонны взрывчатки оставили на дороге огромную, больше десяти метров глубиной воронку. Погибли два десятка полицейских и жандармов и больше ста гражданских, вся вина которых заключалась в том, что они оказались не в том месте и не в то время. К счастью, взрыв произошел, когда адская машина уже съехала с моста, и сам мост хотя и был поврежден, но устоял. Если бы рухнул Романовский мост – потери были бы намного больше и материальные и людские.
В течение следующего часа прогремели еще девять взрывов. Одна из инициирующих схем во всех взрывных устройствах автоматически отслеживала положение других взрывных устройств, и как только одно из них взрывалось – таймеры всех остальных это отслеживали и начинали работать в ускоренном режиме. Только в одном случае полиции удалось обезвредить смертника и понять, что именно находится в машине – но это все равно не спасло от взрыва. В остальных восьми случаях машины просто взорвались на улицах, без команды шахидов. Количество человеческих жертв не удавалось точно подсчитать до сих пор, но счет уже перевалил за полторы тысячи человек.
Особенно страшным взрыв был на Московском проспекте – одном из основных проспектов Казани. Взрыв прогремел как раз в тот момент, когда машина поравнялась со зданием медресе, а рядом с ним всегда много народа, и что самое страшное – много детей. Больницы города были переполнены.
На самом деле, по расчетам организаторов акции, взрывы были только прологом к тому, что должно было произойти впоследствии. Неважно, где бы взорвались эти машины смерти, главное – среди людей и как можно больше человеческих жертв. Почти сразу же после взрывов началась истерическая интернет-волна. Организованная неизвестно кем, свое страшное дело она сделала. На всех местных сайтах и форумах неизвестные люди начали обвинять власти в том, что они ничего не смогли сделать для предотвращения терактов и, более того, сами являлись косвенными их виновниками. Появились свидетели, утверждавшие, что на Романовском мосту полиция открыла шквальный огонь по подозрительному грузовику и только после этого он взорвался. Публиковались и другие версии произошедшего, одна нелепее другой. В то же время власти, привычно ожидая результатов следствия и не делая никаких содержательных и внятных заявлений о причинах и обстоятельствах произошедшего, сбить эту волну не смогли.
Уже в тринадцать ноль-ноль по местному времени в город начали входить войска. Как раз в этот момент на перевалочной станции стратегической железной дороги оказалась жандармская ДОН-4, направлявшаяся в район Бейрута и ожидавшая отправления на одном из путей станции. Местный генерал-губернатор, дезориентированный и находящийся в шоке от произошедшего, связался с Москвой, и ДОН-4 получила приказ войти в город для усиления местных сил охраны порядка и недопущения массовых бесчинств.
Почти сразу же в Интернете начала гулять новая версия произошедшего. Присутствие в городе одной из самых боеспособных частей жандармерии и очень кстати произошедшие взрывы дали возможность самозваным аналитикам рассуждать о том, что, возможно, взрывы спровоцированы самими властями, чтобы ввести в город войска и организовать бессудные расправы над теми, кто исповедует «не тот» ислам. Версия была неправдоподобной и дикой, во многом противоречащей уже известным фактам и даже предыдущим заявлениям нагнетателей истерии – но чем более дикой является ложь, тем больше находится желающих в эту ложь поверить. Появились призывы к массовым беспорядкам, к «актам гражданского неповиновения». В семнадцать ноль-ноль по местному времени генерал-губернатор отдал приказ отключить все виды связи и Интернет в городе и окрестностях. Но было уже поздно – лошадь понесла…
