Водолазов нашли аж из самых Кимр. Ближе никто не соглашался. Но и эти выкатили условия. Потребовали для безопасности расширить прорубь и вниз по течению прорезать ещё две – три, чтобы водолазу далеко по дну не ходить, а спуститься на дно и собирать то, что будет под руками. Игорю пришлось согласиться и доложить об этом Сорокину.
Тот снова запричитал:
– Кто всё это будет готовить? Кто за эти проруби заплатит?
– Слушайте, может нам полицию попросить, они всё же побогаче? – нашёлся Игорь.
– Полицию, говоришь? А, что, это идея. Сейчас Кустову наберу, будем как-то решать, – согласился Сорокин.
На подготовку ушла почти неделя. Большую часть забот по организации и оплату действительно взял на себя райотдел полиции. Административным ресурсом помогли районные власти, которые были заинтересованы в том, чтобы слухов о таком необычном убийстве ходило поменьше.
Сплетен в виде версий, как писал В.С. Высоцкий, действительно ходило множество, и «беззубые старухи» их усиленно разносили по умам. Неравнодушные слои населения разделились непримиримо и, примерно, поровну. Одни считали, что «так ему, гаду, и надо», другие придерживались мнения, что «сучка не захочет, и кобель не вскочит» и «сама, дура, виновата».
Поскольку никаких знаковых событий до 23 февраля и 8 марта не предвиделось, слухи об убийстве образовывали главный поток новостей.
По принципу «кому война, а кому мать родна» калашинские теле- и просто журналисты стравливали на экране или печатных страницах горожан, придерживающихся противоположных взглядов, и этим заполняли информационное пространство. Не отставал и Интернет, где полемика стала доходить до прямых оскорблений. Всё это нервировало городские власти, которым не хотелось прославиться в качестве территории ужасов.
В секретно назначенный день водолазной операции оба берега реки усеяли зрители. Игорь подумал: если бы специально их собирать на какое-нибудь мероприятие, такие толпы ни в жизнь не собрались бы. Мороз-то так и держался ближе к минус двадцати. И ещё что интересно, сторонники разных версий убийства собрались на противоположных берегах? Или всё смешалось в предвкушении зрелища? Невольно объединяло оба берега то, что, страдая от холода, все старательно притоптывали, согревая ноги, и такая подтанцовка точно соответствовала поговорке: «мороз не велик, а стоять не велит».
Пара полицейских бдительно следила за земляками, которым всегда была присуща некоторая самостийность, и не давали активистам спускаться на лёд.
Выйдя на середину реки под яркими солнечными лучами, Игорь ощутил себя звездой эстрады. За ним следили десятки глаз, и их обладатели твёрдо настроились отсмотреть представление до конца. Игорь, несколько смущаясь от такого внимания, и недоумевая, как могла, секретно задуманная операция, собрать такую аудиторию, стал носком ботинка очерчивать на снегу прямоугольники, намечая будущие проруби. Телефонное общение с водолазами расширило его кругозор, и теперь он знал, что на профессиональном языке это называется «майна».
Таких майн он наметил пять. В это время на реку приехал на полицейском «уазике» Куницын и привёз с собой двух специалистов с лесокомбината. Первый – высокий парень – на сгибе левой руки нёс кажущуюся игрушечной бензопилу, в правой двадцатилитровую канистру горючего, а второй – длинный багор.
Не разводя лишних разговоров, они взялись за дело. Зубья цепной пилы легко резали лёд, оказавшийся здесь, на стремнине, не таким и толстым. Иногда, при нажиме шина пилы проваливалась и тогда вода фонтанным шлейфом вырывалась наружу, стремясь окатить бензопильщика, а тот, как мог, уворачивался от такого освежающего душа. Второй, не теряя времени, подцеплял ледяные блоки багром и оттаскивал в сторону.
Не успели они доделать пятую майну, как подъехала «Газель» с водолазами. Будка кузова машины, украшенная по бортам символикой МЧС, была утеплена и приспособлена к любым погодным условиям. Водолазов оказалось двое, не считая водителя. Один, что помоложе, сразу начал облачаться в водолазный костюм, а второй, пожилой, познакомившись с Игорем и Куницыным, осмотрел фронт работ и удручённо покачал головой.
– Ребята, если здесь всё как следует на дне осматривать, это дня три нужно, не меньше. Давай сначала определимся, где самая перспективная, с неё и начнём.
Игорь с Куницыным, не сговариваясь, ткнули указательными пальцами в сторону первой майны.
– Ладно, уговорили, – согласился пожилой водолаз и крикнул вглубь «Газели», – Сережа, готов? Тогда я лестницу спускаю.
Он сначала закрепил короткий трап, чтобы можно было спуститься из будки «Газели», а потом с натугой вытащил склёпанную из алюминиевых уголков лестницу, которая могла раскладываться, удлиняясь до трех-четырех метров. Игорь подошёл, чтобы помочь. Они вдвоём оттащили её к первой майне и опустили в воду. Больше метра лестницы торчало над майной.
– Ну что, как раз. Можно начинать. Ты парень иди к Серёге, и, когда он в аппарат включится, ты клапана, которые сверху, курткой накрой, а то в такой мороз в них лепестки прихватит, и Серёге амба.
