— Вам необходим отдых, Ваше Величество, — голос Рябоволова нарушил тишину. Он стоял у стола, его профиль в тусклом свете лампы казался вырезанным из темного камня. Протез руки неподвижно лежал на подоконнике. — Хотя бы час сна. И еда. Вы держитесь героически, но даже самым сильным людям нужна передышка. А ваше тело… ваше тело не железное.
Николай открыл глаза. Перед лицом поплыли темные пятна. Он почувствовал страшную слабость, пустоту в желудке, сухость во рту. Как же хреново быть смертным… Мак шептала что-то ободряющее, но ее голос казался далеким. Он не мог спать. Не мог. Пока Соломон не вернется. Пока город в агонии. Но глоток воды… кусок хлеба… нет, лучше вина. Крепкого, обжигающего. Чтобы прогнать холод страха, заглушить визг демонов в магическом эфире.
— Вина, — хрипло произнес он, не глядя на Рябоволова. — И… что-нибудь поесть. Пожалуйста.
Глава разведки не выразил ни малейшего удивления или неодобрения. Он лишь слегка кивнул.
— Разумно. Немного подкрепиться необходимо. Сон я все же настоятельно рекомендую. Хотя бы полчаса. Я прослежу…
Но Николай лишь отмахнулся от ценного совета. Он наблюдал, как Рябоволов подошел к шнуру для вызова слуг. Движения Магистра были по-прежнему точными, но Николай уловил в них тень усталости. Все-таки, даже такие люди устают… Мужчина дернул за шнур.
Прошло несколько томительных минут. И, наконец, дверь кабинета бесшумно открылась. Вошли двое слуг. Николай раньше их не видел. Их лица были бесстрастны, движения плавны, почти механически точны. Один нес серебряный поднос с графином темно-рубинового вина. Другой вкатил тележку с простой едой: кусок холодной дичи, хлеб, сыр, яблоко. Они молча направились к столу.
И в этот миг Николай почувствовал, что что-то здесь было не так. Эти слуги были слишком бесстрастны. Слишком тихи. Слишком… направлены. Он встретился взглядом с Рябоволовым. В синих глазах Магистра мелькнуло то же самое осознание — чистая, леденящая опасность.
Слуги поставили подносы на стол. И резко двинулись к Юрию Викторовичу.
Рябоволов среагировал мгновенно, с кошачьей скоростью, которой Николай от него не ожидал. Его левая рука взметнулась. Пространство перед ним сгустилось, искривилось, превратившись в многослойный щит, переливающийся всеми цветами льда и стали. И вовремя — как раз в тот момент, когда руки слуг выбросились вперед в стремлении создать что-то смертоубийственное…
Удары обрушились на щит магистра, как единый, сокрушительный таран из сгустков искаженной, багровой энергии. Щит треснул, заскрежетал, выгнулся под нечеловеческим давлением, но выдержал первый натиск. Ледяные осколки и искры темной магии разлетелись по кабинету.
— Бегите, Ваше Величество! — рявкнул Рябоволов, и его голос впервые за все время сорвался на крик, полный нечеловеческого напряжения. Его лицо исказилось гримасой концентрации, на лбу выступили капли пота. Протез руки дернулся, пальцы из блестящего металла сжались в кулак. — Вас хотят прикончить!
Николай замер в ступоре. Смятение парализовало его. Он видел, как щит Рябоволова трещит по швам под новым залпом багровой энергии. Видел бесстрастные лица «слуг», их глаза, в которых не было ничего человеческого — только холодная решимость убить.
«Беги, дурачок! — голос Мак взвизгнул в его голове, как сирена. — Беги, Николенька, беги! Они сильные! Очень сильные! Беги сейчас же!»
Инстинкт самосохранения победил. Николай метнулся к двери. В это время один из нападавших, видя движение «Императора», резко сменил цель. Его рука описала короткую дугу — и сгусток искаженной энергии, похожий на кровавый туман, рванул прямо к Николаю.
Соболев вскрикнул. Страх вывернулся наружу яростным, неконтролируемым всплеском магии. Он швырнул перед собой руки, не думая о заклинании, только о защите. Из его ладоней вырвался хаотичный вихрь пламени — яркого, горячего, но неорганизованного. Он столкнулся с багровым сгустком посреди кабинета.
— БА-БАХ!
Взрыв огня и Скверны сбил Николая с ног и отшвырнул к стене. Ковры на полу вспыхнули. Шторы загорелись. Бумаги на столе мгновенно превратились в пепел. Кабинет озарился алым светом пожара. Дым заклубился, едкий и удушливый.
— Идиот! — услышал Николай яростный крик Рябоволова, заглушаемый грохотом его собственной битвы. Магистр отбивался от второго убийцы, его щиты ломались и перестраивались с невероятной скоростью, ледяные кинжалы и взрывы холода пытались пробить защиту нападавшего. Но силы были слишком неравны. Нападавшие были не просто сильными магами. Они были накачаны Скверной под завязку, их ауры пылали нездоровым, чужеродным багрянцем. Глава разведки, и без того истощенный, держался только благодаря мастерству и опыту.
Бой резко выплеснулся из кабинета в коридор. Николай, кашляя дымом, поднялся. Он видел, как Рябоволов, отбиваясь, отступал под натиском двух убийц. Их заклинания оставляли на стенах и полу черные, обугленные пятна, плавили мрамор.
— И где чертова гвардия⁈ — процедил царевич.
