Он знает её, как самого себя. Даже такой полубог, как Хорен, не мог не привязаться после такого. Возникает интересная ситуация: сперва его вынужденно заставили полюбить человека, затем этот человек расскаялся в своих действиях и даровал частичную свободу, потом сам Хорен узнал всё о Фидель и в итоге сам не заметил, как привязался к ней и полюбил по-настоящему. Возможно, это печально известный синдром заложника, но Калеви считал себя выше подобных диагнозов. В его глазах всё было искренне.
Тем не менее, одного это не изменит… после войны Хорен обязательно поговорит с Фидель об их грядущей судьбе.
Архимаг и генерал официально помолвлены между собой, свадьба запланирована после окончания паучьего нашествия и победы одной из сторон, вне зависимости от того, кто победит. Калеви больше не сможет утаивать и скрывать от Випридак никаких секретов, ему придётся рассказать, а точнее, выложить ей всё. Коскинена умная девушка и вместе с Хореном смогут выстроить своё личное будущее. На сей раз безо всякого рабства и господства. Он любит Випридак, но больше не намерен унижаться. У него тоже есть свои планы на дальнейшую жизнь.
И он искренне надеется, что этот раз он и Фидель встретятся по-настоящему вновь, как тогда. Но уже не как враги, а как близкие друг другу люди. Как члены одной семьи.
Сейчас его единственная цель — помочь нирнвикийцам отразить паучье нашествие. Обычные пауки не были для него помехой, а новые суперсолдаты Шарни, так называемые гибриды, хоть и были ужасающе сильны, но для полубога Калеви это были незначительные трудности. За это время Нирнвики стала ему второй родиной. И хоть сангеззорское прошлое по-прежнему зовёт Хорена обратно к себе, после окончания Оппозиционной он никогда больше не покидал Нерн надолго, всегда оставаясь вместе с Фидель. Ничего не поменяется и после этой войны.
«Началось», — скривился про себя Калеви, ощутив по каналу связи отчётливое болезненное ощущение.
Перед началом операции он наложил на Коскинену метку, благодаря которой мог отчётливо чувствовать её нынешнее состояние. И сейчас он почувствовал боль. Значит, Випридак вступила в схватку с Джейклом и Шенером. Лично для Калеви результат был неважен: он, конечно, поддерживал Фидель, но не вмешается, если та потерпит поражение и выиграет кто-то из остальной двоицы. Это не в его компетенции. А вот помочь Коскиненой восстановиться после неудачи или, наоборот, всё-таки помочь ей в дальнейших целях, если всё получится — другое дело.
Хотя он всё-таки надеется на её победу. Он мог чувствовать каждую клетку Фидель и поражение её очень опечалит. Вплоть до отставки и глубокой депрессии. К счастью, в тюрьму её никто не посмеет посадить: им придётся иметь дело с недовольным полубогом.
«Удачи тебе, Фидель. Надеюсь, ты знаешь, на что идёшь», — улыбнулся архимагистр, разрывая на части очередного паука. Выработанное двойное мышление неоднократно помогало ему…
***
Неизвестный дом где-то на окраине Шэйлоккейна.
Отдалённые уголки столицы Нирнвики, как ни странно, пострадали от паучьего нашествия меньше всего. До сих пор здесь, как обычно, работают магазины и дорожные трассы, хотя людей на улице стало гораздо меньше, чем два месяца назад. Паукам здесь делать нечего, они сконцентрированы в центральных районах. Изредка сюда заходит две-три особи, но их или прогоняют совместными усилиями, или они сами не задерживаются.
В одном из домов распивали слабое спиртное военные Режима. Им не поступало никаких приказов передислокации, а оставили сторожить эти отдалённые районы. Иногда они пересекались с сотрудниками Халлинтоеллина или, ещё реже, полицейскими, но никаких стычек между ними не было. Даже спокойно работающий завод в районе, принадлежавший компании Дэспертара, продолжает своё существование.
— Когда уже нас перебросят, — жалуется один из вояк. — У меня в тех районах жена с ребёнком живут. Как я должен себя чувствовать?
— Не боись — Фидель полетела на разборки с Дэспертаром. Дескать, ей кто-то переслал его точное местонахождение и она помчалась туда. Чикнем этого террориста, прижмём оставшихся агентов — всё, победа за нами.
— Хотелось бы уже побыстрее, — вздохнул военный. — Слышали, кстати, новость в столичном районе? — перевёл он тему.
— Какую?
— Типа дочурку самого Лайдена в облаву взяли.
— Да ты что? Пауки? Ооо, — протянул третий военный. — Я слыхал, что эти твари больше травят и утаскивают, чем убивают. Раньше не вдуплял почему, а вот сегодня увидел по новостям такую хероту…
Он открыл последнюю бутыль, наливая себе и своим коллегам последние бокалы ликёра. Во избежание неприятных инцедентов людям, находящимся на военной профессии, во время службы запрещено употреблять напитки, градус алкоголя в которых больше чем тридцать процентов. Некоторые были такому возмущены, но большинство военных приняли закон спокойно: алкоголь никогда не был особо популярен в рядах военных. Чего не скажешь о какао.
