Но Леня вовсе не собирался связывать свою жизнь с Быстровой, о чем ей категорично заявил. Беата попыталась устроить истерику, но бывший муж был тверд, и они вновь расстались.
Следующая встреча произошла примерно год назад. Леня заехал в кафе «Мокко», на поход в нормальный ресторан не было времени. Он перехватил на бегу пару бутербродов, чашку чаю, вышел на улицу и наткнулся на Беату.
Бывшая жена, плохо одетая, ненакрашенная, с грязной головой, выглядела отвратительно.
– Ты заболела? – удивился Леня.
– Я здорова, – тихо ответила Беата.
– Отчего же так выглядишь? – недоумевал Серегин.
Беата ничего не ответила, просто стояла молча, глядя в сторону. Внезапно у колен Лени началось шевеление. Он глянул вниз и увидел крохотного ребенка, облаченного в застиранную курточку и заштопанную вязаную шапочку. Девочка жалась к Беате. На бледном, изможденном личике выделялись огромные глаза.
– Это кто? – оторопел Леня.
Беата отрешенно ответила:
– Твоя дочь.
– Кто? – попятился Леня. – Какая такая дочь? Откуда она взялась?
Беата подхватила девочку на руки. Та обвила ее шею руками.
– Помнишь, Ленечка, тот месяц, что мы провели вместе?
– Ну…
– Перед тобой результат наших безумств!
В тот день Леня так и не поехал на работу. Он посадил Беату с Лизой в машину и устроил бывшей женушке допрос. Та спокойно объяснила ситуацию.
– Узнала о беременности, но аборт было делать поздно, пропустила срок, вот и решила оставить ребенка. Честно говоря, я не думала о трудностях, работа есть, считала, что не пропаду. Боже, как я была наивна!
Леня молча слушал рассказ, который, в общем, не был для него новостью. Он сам предпочитал побыстрей избавляться от беременных сотрудниц, потому что по опыту знал: мало кто из молодых мам потом вернется назад. Впрочем, даже если и приступит вновь к работе, на фирме начнутся проблемы. Дети имеют обыкновение болеть, а няни и добрые бабушки есть далеко не у всех… Конечно, закон охраняет женщин, идущих в декрет, их нельзя сократить, но имеются другие способы избавиться от них. Если начальник очень хочет выжить человека из коллектива, он обязательно добьется успеха. Вот Беату и выперли. Она стала безработной, потом были трудные роды, больница… Ей пришлось продать квартиру, купленную Леней, приобрести не слишком удобную жилплощадь в Капотне, а на разницу жить вместе с новорожденной дочерью.
– Это точно мой ребенок? – с сомнением поинтересовался Леонид.
Беата помолчала, потом слабым голосом пробормотала:
– Сделай одолжение, купи нам в ларьке китайскую лапшу, очень есть хочется.
Леня растерялся, услыхав эту фразу, и, вместо того чтобы повезти девочку с Беатой в ресторан, послушно пошел в киоск. Когда он вернулся, машина была пуста, на сиденье лежала записка: «Я не собиралась тебя беспокоить, со своими трудностями могу справиться сама. На всякий случай сообщаю адрес, вдруг захочешь повидать дочь».
Несколько дней Леня раздумывал, как поступить, но потом все же отправился в Капотню и вновь был поражен нищенской обстановкой. У девочки даже не было собственной кроватки, она спала вместе с матерью на отвратительном диване. Серегин явился с тортом и апельсинами. То, что ребенок редко видит фрукты, ему стало понятно сразу. Лиза мгновенно схватила оранжевый мячик и попыталась съесть его вместе с кожурой. Мать отобрала у нее лакомство, очистила его, потом достала из шкафа свидетельство о рождении. Серегин уставился на запись, произвел в уме подсчет. Выходило, что Лиза и впрямь могла быть его дочкой. Но определенные сомнения у мужика все-таки остались. Поэтому он сказал:
– Хорошо, я тебе помогу еще раз, но не надейся, что стану содержать девочку.
– Я ничего не прошу…
– Ладно, сначала поменяем квартиру.
– Не надо, – пробормотала Беата, – эта нас устраивает.
– Ты с ума сошла, – вскипел Леня, – ее нужно продать.
Беата заплакала:
– Это невозможно.
– Почему?
– Она не моя!
– А чья?
– Я снимаю квартиру, спасибо, хозяйка недорого берет, – монотонно бубнила Беата.
– Ты же сказала, что жилплощадь твоя.
– Была моей.
– Ничего не понимаю, – рявкнул Леонид, – объясни нормально, что за идиотизм!
По щекам бывшей жены потекли слезы, и она начала не слишком связный рассказ. Он изобиловал ненужными подробностями, суть же сводилась к очень простой вещи. Девочка в год заболела, потребовались невероятно дорогие уколы, тысяча долларов за ампулу.
– Бесплатно такие не делают, – всхлипывала Беата. – Доктор сказал, что Лизочка умрет, если не провести курс из двадцати пяти инъекций.
Поэтому мать пошла к ростовщику и взяла необходимую сумму в долг под залог квартиры. Дальнейшее ясно. Жилплощадь ей пришлось переписывать на имя совсем неизвестной женщины. И теперь Беата вынуждена платить барыге деньги за проживание в квартире, которая прежде была ее собственностью. Беата очень боится, что ее выгонят на улицу. Куда потом деваться с девочкой, которая растет такой слабенькой! Лизочка погибнет на улице, а отдать дочку в детдом Беата не может, потому что любит ребенка больше жизни! Вот они и перебиваются с хлеба на воду, голодают, но живут вместе, в квартире, а не в подъезде! Помощи ждать неоткуда!
