Насколько онъ былъ добрѣе къ ней лорда Джорджа, когда она созналась ему во всемъ! Вотъ она скала-то! И такой красивый мужчина впридачу -- не то чтобъ корсаръ, когда онъ имѣлъ высокое положеніе въ лондонской полиціи -- по сильный и молодцеватый, который съумѣетъ владѣть шпагою или пистолетомъ не хуже любого корсара и, безъ сомнѣнія, одаренъ и поэтическимъ чувствомъ! Подобная мечта однако оказывалась совершенно тщетною: у майора были жена и семь человѣкъ дѣтей.
-- Только скажите мнѣ, что я должна сдѣлать, говорила она, глядя на него съ мольбою и протянувъ къ нему сложенныя руки.
Тогда онъ объяснилъ ей очень подробно и съ большимъ терпѣніемъ, что онъ ей совѣтовалъ. Онъ полагалъ, что если она будетъ вызвана какъ свидѣтельница, не станутъ ее преслѣдовать судомъ за невѣрныя показанія, въ которыхъ она безъ сомнѣнія была повинна. Было всякое вѣроятіе, что она получитъ удостовѣреніе на этотъ счетъ, прежде чѣмъ ее пригласятъ дать свое показаніе при предварительномъ дознаніи по дѣлу Бенджамина и Смайлера. Онъ не могъ обѣщать ей, что это будетъ такъ, однако не сомнѣвался въ этомъ. Чтобъ не представилось никакихъ зацѣпъ, онъ ей очень совѣтовалъ отправиться безъ замедленія къ Кэмпердауну и сознаться ему во всемъ.
-- Юстэсы должны быть предупреждены, говорилъ майоръ: -- а лучше для васъ, чтобъ вы сдѣлали это сами, чѣмъ чтобъ мы увѣдомили ихъ.
Когда она колебалась, онъ пояснилъ ей, что этого дѣла никакъ скрыть нельзя и что ея показаніе неминуемо будетъ напечатано въ газетахъ. Онъ полагалъ, что ее вызовутъ чрезъ недѣлю -- это было бы въ первую пятницу послѣ свадьбы Лучинды -- и совѣтовалъ ѣхать къ Кэмпердауну на слѣдующее утро.
-- Какъ! завтра? воскликнула Лиззи въ отчаяніи.
-- Любезная лэди Юстэсъ, чѣмъ скорѣе вы вернетесь на прямой путь, тѣмъ скорѣе успокоитесь.
Она обѣщала поѣхать въ среду -- на другой день свадьбы.
-- Не удивляйтесь тогда, если окажется, что Кэмпердауну уже все будетъ извѣстно, замѣтилъ майоръ.
-- Скажите мнѣ одно, обратилась она къ нему, когда протягивала ему руку на прощаніе: -- могутъ или нѣтъ отнять у меня что-либо изъ того, что мнѣ принадлежитъ по праву?
-- Не думаю, чтобъ могли, отвѣтилъ майоръ и довольно быстро исчезъ изъ комнаты.
Субботу и воскресенье Лиззи провела въ наружномъ спокойствіи, хотя безъ сомнѣнія душа ея была сильно взволнована. Она не сказала ничего о томъ, что происходило между нею и майоромъ Макинтошомъ, объяснила, что ея посѣщеніе было сдѣлано единственно съ цѣлью сообщить ей, что Бенджамина выслали изъ Вѣны, но что брилліанты пропали безслѣдно. Она условилась съ майоромъ Макинтошомъ не ѣхать къ Кэмпердауну до вторника -- оправдывая свою отсрочку своими хлопотами о свадьбѣ мисъ Ронокъ, и слѣдовательно, эти два дня принадлежали ей. Послѣ нихъ наступитъ совершенное измѣненіе въ ея жизни. Всѣ узнаютъ исторію о брилліантахъ -- кузенъ Фрэнкъ, лордъ Фонъ, Джонъ Юстэсъ и мистрисъ Карбункль, жители Бобсборо и, лэди Гленкора, и старая карга, ея тетка, графиня Линлитго. Это должно наступить теперь -- но у нея есть два дня, въ которые она можетъ оставаться спокойна и подумать о своемъ положеніи. Она хотѣла послать одно изъ своихъ писемъ къ лорду Фону прежде чѣмъ поѣдетъ къ мистеру Кэмпердауну -- но которое ей послать? Или написать третье, объяснявшее все дѣло въ сладкихъ, жалобныхъ, женскихъ выраженіяхъ, и поклясться, что единственное оставшееся чувство въ ея груди -- преданная любовь къ человѣку, который теперь два раза обѣщалъ сдѣлаться ея мужемъ?
