-- Конечно, повторила Лиззи:-- но я не позволю сдѣлать изъ моей гостиной собраніе министровъ. Я не буду ихъ принимать..
Потомъ опять во вторникъ вечеромъ она выказала притязаніе на независимость.
-- Что касается этихъ женщинъ въ Ричмондѣ, я не позволю имъ распоряжаться мною, могу васъ увѣрить. Я сказала, что поѣду къ нимъ и разумѣется сдержу слово.
-- Я сама думаю, что вамъ лучше поѣхать, сказала мисъ Мэкнёльти.
-- Разумѣется, я поѣду. Мнѣ не нужно, чтобы кто-нибудь говорилъ мнѣ куда я должна ѣхать и куда не должна. Но это будетъ первый и послѣдній визитъ. А ужъ конечно я не возьмусь вывозить въ свѣтъ этихъ шлюхъ. Я даже сомнѣваюсь, могутъ ли онѣ прилично одѣваться.
Когда она ложилась спать во вторникъ вечеромъ, мисъ Мэкнёльти сомнѣвалась, состоится ли этотъ бракъ. Она не вѣрила словамъ своей хозяйки, но если слова лэди Юстэсъ имѣли какое-нибудь значеніе, то въ нихъ обнаруживалось сильное отвращеніе къ семейству Фонъ. Она даже насмѣхалось надъ самимъ лордомъ Фономъ, увѣряя, что онъ ничего не смыслитъ, кромѣ службы.
Дѣйствительно, Лиззи почти рѣшилась отказать своему жениху. То, что она могла выиграть, недостаточно уравновѣшивало то, что она должна была потерять. Такъ она чувствовала вечеромъ во вторникъ. Но въ среду утромъ она получила письмо, которое опять заставило ее возвратить свое расположеніе къ лорду Фону. Письмо было слѣдующаго содержанія:
"Господа Кэмпердаунъ и сынъ свидѣтельствуютъ свое почтеніе лэди Юстэсъ. Имъ поручено требовать законнымъ порядкомъ возвращенія юстэсовскихъ брилліантовъ, находящихся у лэди Юстэсъ, и они будутъ очень обязаны лэди Юстэсъ, если она сообщитъ имъ имя и адресъ ея повѣреннаго.
Письмо это заставило Лиззи вернуть свое расположеніе къ лорду Фону. Она испугалась за брилліанты, а все-таки твердо рѣшилась не отдавать ихъ. Но въ такомъ затруднительномъ положеніи ей нужна была помощь, или для того, чтобъ удержать ихъ, или для того, чтобъ отдать. Письмо юристовъ заставило ее сознать свою слабость, а въ родствѣ съ Фонами она найдетъ опору. Такъ-какъ лордъ Фонъ бѣденъ, то онъ можетъ быть брилліантовъ не отдастъ. Лиззи знала, что она не можетъ бороться съ Кэмнердауномъ только съ помощью Маубрэ и Мопуса, и вслѣдствіе этого сердце ея смягчилось къ жениху.
-- Я полагаю, что Фредерикъ будетъ у меня сегодня, сказала она мисъ Мэкнёльти, когда онѣ сидѣли за завтракомъ въ полдень. Мисъ Мэкнёльти кивнула головой.
-- Вы можете нанять кэбъ и ѣхать куда вамъ угодно.
Мисъ Мэкнёльти сказала, что она думаетъ ѣхать въ Національную Галерею.
-- А назадъ вы можете прійти пѣшкомъ, сказала Лиззи.
-- Я могу и туда дойти пѣшкомъ, сказала мисъ Мэкнёльти -- о которой можно сказать, что иногда послѣдняя унція тяжелой ноши разбиваетъ спину лошади.
"Фредерикъ" пріѣхалъ и былъ принятъ очень любезно. Лиззи положила записку Кэмпердауна на столикъ возлѣ себя, подъ библіей, чтобъ она была у нея подъ рукой, если представится случай показать ее своему будущему мужу.
"Фредерикъ" сѣлъ возлѣ нея и разговоръ шелъ въ такомъ тонѣ, какого можно было ожидать отъ невѣсты-вдовы и жениха товарища министра ост-индскихъ дѣлъ. Они были нѣжны, но говорили больше о матеріальныхъ интересахъ, льстили другъ другу и каждый время отъ времени намекалъ на какое-нибудь обстоятельство, о которомъ ему хотѣлось бы повѣрнѣе разузнать. Одинъ понималъ въ чемъ дѣло, но соображалъ медленно; другая какъ ящерица умѣла проворно метаться куда ни попало, но почти не знала ничего. Когда она сказала, что Айрширское помѣстье "составляло ея собственность, что она могла сдѣлать съ нимъ что хотѣла", она не знала, что лордъ Фонъ можетъ узнать правду изъ другихъ источниковъ, прежде чѣмъ женится на ней. Она даже сама не была увѣрена, правду или ложь говоритъ она, хотя не стала бы повторять этого такъ часто, еслибъ знала достовѣрно правду. Все это было ей объяснено -- но что-то было сказано о второмъ сынѣ, а у ней другого сына не было. Можетъ быть, у ней еще будетъ второй сынъ -- будущій лордъ Фонъ, и получитъ наслѣдство. Въ отношеніи честности женихъ былъ выше невѣсты, потому что онъ объявилъ свою цѣль и лжи не говорилъ -- но и онъ былъ такъ же корыстолюбивъ какъ она. Не любовь привела лорда Фона въ улицу Маунтъ.
-- Какъ называется ваше ирландское помѣстье? спросила Лиззи.
-- Тамъ дома нѣтъ, знаете.
-- Но прежде былъ, Фредерикъ?
-- Мѣсто, на которомъ когда-то стоялъ домъ, называется Килэджентъ. Старинное помѣстье называется Кило.
-- Какія хорошенькія имена! и... и... на сколько миль простирается оно?
Лордъ Фонъ объяснилъ, что оно простирается на много миль въ горы.
-- Какая прелестная, романическая мѣстность! сказала Лиззи: -- но въ горахъ живутъ люди и платятъ вамъ арендныя деньги?
Лордъ Фонъ не дѣлалъ такихъ нелѣпыхъ вопросовъ объ Айрширскомъ помѣстьѣ, но освѣдомился кто повѣренный по дѣламъ Лиззи.
-- Надо же будетъ устроить кое-какія дѣла, сказалъ онъ:-- и моему повѣренному не худо бы повидаться съ вашимъ. Мистеръ Кэмпердаунъ...
-- Мистеръ Кэмпердаунъ! почти взвизгнула Лиззи.
