Осторожно выйдя из покоев в ночной коридор, она не обнаружила ни единого стражника или слуги. Свет факелов, мерно отсвечивающий от золотых стен, раздражал едва открывшиеся после сна глаза. Фелиция, ступая босиком по прохладному полу, подошла к соседней двери в надежде на прощение. Постучав и не услышав ответа, она рискнула войти без приглашения, но в комнате, где она прежде не бывала, оказалось пусто. Ветер беспокойно вздымал невесомую ткань оконной завесы и играл пламенем камина в стене. В комнате не было избытка золота, лишь тёмный металл стен и ниши, в глубине которых стояли потертые фолианты в тёмных, кожаных обложках. Откинутое одеяло и неровная гладь черной простыни словно намекали, что хозяин ушел ненадолго. Из-за двери прилегающей комнаты, наверняка служившей ванной, не слышалось плеска воды.
Фелиция понимала, что не должна находиться в этой комнате, но не решалась вернуться к себе, боясь одиночества чужих стен и нескорого наступления утра. Локи вряд ли будет рад тому, что она нарушает все мыслимые и немыслимые границы, вторгаясь в его личное пространство, но сейчас она была похожа на щенка, потерявшего хозяина. Стараясь не думать о плохом, она подошла к его письменному столу и взглянула в открытую книгу, исписанную рунами. Незнакомые закорючки выглядели асимметричным узором на бумаге и, казалось, не имели смысла… На странице так же был рисунок волка, напавшего на змею, нарисованный умелой рукой. Перелистнув страницу, Фелиция с удивлением обнаружила пустой разворот. Она было решила, что это не книга вовсе, а тетрадь, но и в её начале оставались только пустые листы.
Хмыкнув, она подошла к полкам в стене и, стянув первый попавшийся фолиант, озадаченно застыла на месте, обнаружив, что и здесь все листы девственно чисты. Тревожный звоночек прозвенел в голове, и в книге за книгой, не в силах найти объяснение происходящему, Фелиция обнаруживала пустые страницы - ни единой буквы, кляксы… ничего, кроме пожелтевших от времени страниц… Книги с грохотом падали на пол, открывались на пустых страницах, рвались от грубого обращения, древние корешки рассыпались, а страницы ворохом разлетались по комнате, норовя попасть в камин. Даже не глядя содержание, Фелиция уже догадалась, что здесь ей не попадется ни одной “живой” книги, и это пугало. Всё казалось настолько странным, что она не могла справиться с участившимся сердцебиением и бьющей тревогу интуицией.
Она почти отчаялась найти разумное объяснение, когда прямо посреди языков пламени стала разрастаться дыра в пространстве, становясь всё больше, затягивая помещение в темноту… Фелиция почувствовала ледяное дыхание на своей шее, и она уже знала, что это был вовсе не Локи. На её плече оказалась гниющая кисть руки - на одном пальце не было ногтя. И не нужно было оборачиваться, чтобы испугаться ещё больше, когда прямо по её шее спустилось что-то склизкое - Господи! Это был длинный, раздвоенный, как у рептилии, язык, весь в бурых пятнах и язвах…
***
…- И долго мы продержим её в таком состоянии? - Стив с сожалением смотрел на стеклянную капсулу, больше напоминавшую гроб Белоснежки, в которой лежала Фелиция: руки вдоль туловища, ларингальная маска с трубкой, торчащей изо рта, в которую подавалась разбавленная небольшой дозой диэтилового эфира дыхательная смесь, поддерживающая её в состоянии неглубокого сна, позволяющего Локи контролировать её разум.
- Пока мы не найдём способ совладать с зовом, у нас нет выбора, - задумчиво сообщил Фьюри, но заметив на себе недовольный взгляд, добавил: - Не думай, что мне это нравится…
- Это слишком жестоко, - снова сказал Стив, устало массируя переносицу. - Это не жизнь вовсе - быть заточенной в ловушке собственного сознания, не в силах вырваться на свободу…
- Локи говорит, что она держится. Он старается создавать для неё комфортные условия, - не согласился Фьюри.
- Но она не знает, что так и не очнулась, что даже то пробуждение в бункере - лишь иллюзия! - Стив сказал это несколько громче, чем рассчитывал, и доктор Селвиг, который дежурил в лаборатории этой ночью, обернулся, но только досадливо скривился, безмолвно соглашаясь с последними словами.
Локи полулежал в стоящем возле капсулы кресле, к его голове крепилось устройство с сотней тончайших проводов, ведущих к такому же устройству на голове Харди. Магия и наука вновь доказали возможность сотрудничества, но это были крайние меры, так как после инцидента в бункере в её теле снова пробудился Хранитель, а истинное сознание, по словам Локи, было заперто где-то в глубинах разума. Нешуточная борьба длилась последнюю неделю - чтобы Фелиция окончательно не потеряла саму себя и не “отдала” тело хельхейскому Хранителю, Локи приходилось снова и снова вытягивать её ближе к поверхности, не давать исчезнуть, постоянно латать дыры в иллюзорном мире, чтобы Хранитель не мог до неё добраться.
- Если она догадается - это может вызвать всплеск эмоций, и тогда Хранитель вырвется на свободу… - напомнил Фьюри. - Локи не держит Фелицию в неведении, она знает, что будет, если она расклеится!
