Скрывать измены — это искусство, доступное весьма ограниченному кругу людей. Сирил вот мог. А Джейден, скорее всего, и мысли не допускает о том, чтобы не хранить верность жене — даже если ее выберут Кроуфорды, а не он сам. И это еще если опустить вопрос, как к супружеским изменам отношусь я сама…
Единственный способ сохранить достоинство и самоуважение, который я видела, — это вовремя исчезнуть. Но пока меня держали здесь работа и расследование. До прибытия подмоги оставалось еще несколько мучительно долгих дней, и я обреченно сползла по спинке ванны в медленно остывающую воду.
Смотри правде в глаза, Марион. Ты уже по уши, и твои нерожденные дочери похожи на достойного наследника Кроуфордов как две капли воды — если верить самому наследнику, конечно, потому что сама я сходства не замечала. Но его-то глазомеру можно верить…
Нерешительность и мечущиеся мысли испортили все удовольствие от купания. Из ванны я вылезла злая, как бойга в линьке, и мстительно вытерлась нестерпимо белоснежным полотенцем. Полупустая гардеробная тоже не способствовала восстановлению душевного равновесия. Я подхватила с вешалки самое строгое черное платье, какое только было в моем распоряжении, и уложила в тугой узел на макушке еще влажные волосы.
Зеркало не отразило ничего утешительного. Черный цвет требователен; тени под глазами он подчеркивает с безжалостностью королевского палача, и малейшие признаки усталости становятся столь очевидными, что проще сменить наряд, чем замаскировать их.
Я переодеваться не стала. Краситься — тоже.
Но все равно зачем-то вышла в маленькую гостиную при спальных покоях — и толкнула дверь в коридор.
Джейден вздрогнул и поднял глаза. Кажется, он даже стучаться не собирался — просто стоял, подперев собой противоположную стену, и сверлил невидящим взглядом дверь, пока я ее не открыла.
Я выглянула в коридор и убедилась, что у неловкой сцены не было никаких свидетелей. А потом взяла Джейдена за рукав и втащила в гостиную.
- Это женское крыло, — строго напомнила я ему и щелкнула дверным замком. — А леди Сибилла вот-вот должна проснуться и вызвать камеристку.
Джейден с явным недоумением сморгнул, но потом все-таки догадался взглянуть на ситуацию с точки зрения чопорной вайтонской леди, а не свободного богемного художника, и мучительно покраснел.
- Прости, — пробормотал он, — меня просто все никак не отпускала мысль о жреческой атрибутике, но я не знал, занята ли ты, и не решился зайти.
Я подавила тяжелый вздох и повелительно кивнула в сторону маленького чайного столика у распахнутого окна. Солнце еще не встало, но из приусадебного парка уже веяло обещанием жаркого дня, и теплый ветерок заигрывал с газовыми занавесками; вести долгие разговоры о кровавых культах в таких условиях не тянуло совершенно, но если уж Джейдена посетила какая-то идея, ее, по крайней мере, следовало выслушать.
- О жреческой атрибутике? — напомнила я, опустившись в мягкое кресло у столика, и тщательно расправила юбку.
Джейден отчего-то замешкался, рассматривая мои пальцы на фоне тонкой черной ткани, но потом тряхнул головой и достал пару фотографий с достопамятных съемок в полном облачении жрицы-коломче. Этих снимков я еще не видела, но они мало чем отличались от прочих: просто женская фигура с кинжалом, оплетенная призрачными тенями и будто бы подсвеченная изнутри, словно под ее кожей зажглись мириады свечей.
- Призраки, — неуверенно кивнул на снимки Джейден. — Видишь? Они все тянутся к острию кинжала. И покойный король на испорченном снимке тоже пытался подобраться к клинку… я подумал, зачем им это? Чего призраки могут хотеть? А потом вспомнил, как ты говорила, что всегда отпускаешь мертвых, с которыми тебе нужно было поговорить. Может быть, кинжал делает то же самое, только ему для этого не нужна воля ведьмы?
Я вздрогнула и опустила взгляд.
Женщина на снимках держала кинжал над головой — и призраки взмывали следом, открывая обнаженные ноги с тяжелыми браслетами на тонких щиколотках. Отводила руку в сторону — и из-под сонма потусторонних теней выглядывало противоположное плечо и бедро, едва прикрытое расшитой повязкой.
Мертвые следовали за кинжалом, как мотыльки за переносной лампой.
Что же я натворила, когда размахалась клинком возле ритуальных браслетов Чаннаронга?..
- Может быть, ведьмы — вовсе не монополисты на разговоры с мертвыми? — предположил Джейден и беспомощно дернул уголками рта, сам не зная, смеяться ли над своими словами или все же прислушаться, что бы ни твердил здравый смысл.
Увы, я не могла дать ему простых ответов. Я бы и сама от них не отказалась.
