Когда он вернулся в деревню, то увидел в конце реки маленькую белую точку, в которую превратился отплывший от пристани белый пароход.
Цинтун не плакал и не скандалил. Он просто весь день был в оцепенении и сидел в одиночестве вдалеке от всех. Вскоре жители деревни Дамайди обнаружили, что с этого дня мальчик каждый день сидел на большом стоге на берегу реки.
В этом районе некоторые стога были особенно высокими и большими, словно горы. По высоте их можно было сравнить с трехэтажными зданиями.
Рядом с большим стогом рос белый тополь. Каждое утро Цинтун забирался на стог по стволу дерева, а потом сидел неподвижно, повернувшись на восток.
Он мог видеть самое отдаленное место реки. В день отъезда Куйхуа пароход скрылся именно там.
Вначале взрослые и дети приходили к стогу посмотреть на Цинтуна. Но спустя некоторое время им это надоело. Люди только иногда поднимали головы и смотрели наверх. После этого они говорили другим людям или бормотали про себя:
– Немой так и сидит наверху стога.
Люди также могли ничего не говорить, а только подумать про себя: «Немой так и сидит наверху стога».
В любую погоду Цинтун сидел на стоге. Люди могли видеть, как мальчик иногда даже ночью сидел на нем.
Однажды шел ливень. Моросящий дождь застелил все кругом своей пеленой.
Люди услышали, как мать Цинтуна звала сына домой. В ее голосе звучали подступавшие слезы. Он сильно влиял на настроение жителей деревни Дамайди. Они испытывали крайнее беспокойство от ее голоса.
Но Цинтун не обращал внимание на зов матери.
Его волосы были похожи на сено этого стога. Они были приглажены дождевой водой. Пряди прилипли к лицу и практически закрыли глаза. Когда дождевая вода капала со лба мальчика, он раз за разом открывал глаза и смотрел в сторону конца реки. Он видел дождь и огромное количество воды.
После дождя люди подняли голову, чтобы посмотреть на стог сена. Цинтун по-прежнему сидел на верху стога. Но на вид мальчик будто бы похудел.
Уже наступило лето. Солнечные лучи сильно слепили глаза.
В полуденное время листья всех растений опускались или сворачивались. Когда коровы проходили по грунтовой дороге перед деревней, можно было услышать их громкий топот. Утки прятались в тени деревьев, открывали свои плоские рты, выпячивали грудь и тяжело дышали. На гумне люди ускоряли шаги во время молотьбы зерен из-за припекания солнца.
Цинтун все время сидел на верху стога.
– Этот немой может умереть от палящего солнца, – сказал один пожилой человек.
Мать чуть не упала на колени, умоляя его спуститься, но Цинтун проявлял к ней равнодушие.
Все заметили, что Цинтун похудел. Он был худой как скелет.
В его глазах солнечные лучи вращались, словно вихрь. Вода в реке кипела, и от нее исходил горячий пар золотистого света. Перед ним все плыло – деревня, деревья, ветряное колесо, лодки и прохожие. Все было нереальным, словно во сне или за пеленой дождя.
Капли пота падали со лба мальчика на сухую траву.
У него перед глазами было все то золотистым, то черным, то красным, то разноцветным.
Вскоре он почувствовал, что большой стог начал дрожать. С каждым минутой дрожание становилось сильнее. Чуть позже стог стал качаться так, словно лодка качается на волнах.
Неизвестно, с какого момента все это началось у мальчика. Он повернулся вокруг себя. Мальчик больше не смотрел на реку. Перед его глазами было поле. Поле было в воде, и небо тоже было словно в воде.
Когда Цинтун посмотрел вперед, то невольно испугался. Он протер глаза, которые были раздражены каплями пота, и внезапно увидел, что пришла Куйхуа!
Куйхуа бежала к стогу, на котором сидел Цинтун, через не пересекаемую водяную завесу.
Но она не издавала звуков. Ее окружал бесшумный мир, в котором происходили движения.
Мальчик, покачиваясь, встал со стога.
Было отчетливо видно, что через водяную завесу к Цинтуну бежит Куйхуа.
Он забыл о том, что находится на высоком стоге и, сделав шаг вперед, побежал к Куйхуа навстречу.
Через некоторое время он тихо лежал на земле. Неизвестно, сколько прошло времени с момента его падения до момента его пробуждения. Опираясь на стог, он медленно встал. Цинтун увидел Куйхуа. Она еще бежала через водяную завесу и махала ему рукой.
Мальчик открыл рот и изо всех сил громко прокричал:
– Куйхуа!
Слезы ручьями покатились из его глаз.
Гаюй, который пас уток, как раз проходил мимо и внезапно услышал голос Цинтуна. Мальчик тут же оцепенел от услышанного.
– Куйхуа! – снова громко прокричал Цинтун.
Несмотря на то, что его слова были неразборчивыми, звуки издавались из горла Цинтуна.
Гаюй бросил своих уток и побежал изо всех сил к семье Цинтуна. Мальчик бежал и громко кричал жителям деревни Дамайди:
– Цинтун заговорил! Цинтун заговорил!
Цинтун в это время мчался от большого стога сена к полю.
Потоки солнечного света освещали землю. На огромном поле росло бесчисленное количество подсолнечников. Их корзинки были большими и круглыми. Они обращали свои головки к светилу золотистого цвета, которое каталось по небу…