Реджина проснулась от звука двигателя. Он доносился откуда-то издалека, грохоча, как далёкий гром. В абсолютной тишине её спальни это встряхнуло её, как ночной кошмар.
Реджина поняла, что шум доносится с дороги перед домом. Она взглянула на часы — 3:04 ночи — и поднялась с кровати, чувствуя, что её суставы скрипят в знак протеста, когда она подошла к окну. Она отдёрнула занавеску, но Миффлин-Стрит пролегала недостаточно близко вокруг дома, чтобы она могла что-то разглядеть. Для этого ей нужно было пойти в другую комнату, как та, в которой сейчас спала Эмма.
Только Реджина без тени сомнения знала, что Эмма не спала. Двигатель машины напугал бы её гораздо раньше, чем Реджину. В этот момент Эмма прижималась к собственному окну, её дыхание затуманивало стекло, а её внутренности были завязаны в узел.
Реджина прищурилась в темноте. Двигатель издавал довольно безобидный звук, но она знала, что что-то было не так. Шум устрашал, как всплеск чёрной краски на фоне пастельной акварели.
Она застонала про себя. Просто иди спать. Но, как обычно, она проигнорировала свой совет и отвернулась от кровати, направляясь в холл.
Как только она открыла дверь в гостевую спальню, то увидела контур Эммы у окна. Она стояла далеко в стороне, сжав занавески в кулак. Её дыхание было шатким, когда она вглядывалась через крошечную щель.
— Эмма?
На этот раз Эмма не подпрыгнула. Должно быть, она услышала, что Реджина идёт.
— Почему снаружи стоит машина? — тихо спросила она, не оборачиваясь.
Реджина вздохнула, шагнув в комнату.
— Не знаю, — сказала она, присоединяясь к Эмме у окна. — Может, кто-то заблудился.
Она взглянула в щель, которую сделала Эмма, и посмотрела вниз, на тёмную улицу. Снаружи стояла чёрная машина с затемнёнными окнами. Двигатель работал, но фары были выключены.
Реджина нахмурилась, приоткрыв занавеску.
— Ты когда-нибудь видела эту машину ранее? — прошептала Эмма. Реджина уже пыталась вспомнить.
— Я… не уверена, — призналась она. — Возможно. Слишком темно, чтобы сказать. Ты видишь номерной знак?
Эмма покачала головой.
— Такое часто происходит? Машины приезжают сюда ночью?
В глубине души Реджина знала, что это не так. Она не была уверена, что такое случалось за 28 лет, что она прожила в этом доме. Но рука Эммы дрожала, когда она держала шторы открытыми, и когда Реджина посмотрела влево, она увидела, что лицо Эммы было бледным от ужаса.
Она пожала плечами.
— Возможно. Обычно я не просыпаюсь по ночам, так что, должно быть, я просто не заметила этого.
— Но ты проснулась сегодня ночью.
— Да, — ответила Реджина, всё ещё глядя на машину снаружи. Тот факт, что она не могла видеть то, что находилось внутри этих затемнённым окон, начинал раздражать её до невероятности. — Наверное, потому что я беспокоилась о тебе.
Тело Эммы казалось напряжённым и расслабленным одновременно. Прошло некоторое время с тех пор, как кто-то беспокоился о ней.
Но прежде, чем она успела ответить, двигатель вдруг стал громче. Она отвернулась от окна, пытаясь спрятаться за занавеской. Реджина оставалась стоять там же, где и была, и выглядывала в окно с прищуренными глазами.
— Он уезжает, — сказала она, наблюдая, как машина начала медленно скатываться по дороге. — Всё хорошо, Эмма. Должно быть, они просто проверяли GPS.
Она посмотрела влево. Эмма прижалась спиной к стене, её кудри были спутаны и спускались по плечам. Когда Реджина как следует осмотрела её, принимая во внимание впадины под глазами и сухость её губ, она поняла, что машина не разбудила её — она и так не спала.
— Ты вообще спала? — спросила она.
Эмма просто посмотрела на неё, не сказав ни слова.
— Кровать неудобная? — продолжила Реджина, глядя на неё. Здесь был тот же матрас, что и на её собственной кровати, только немного меньше, но, возможно, он был слишком жёстким для других людей.
— С кроватью всё в порядке, — сказала Эмма, потирая рукой глаза. — Я просто… не могла заснуть.
— Может быть, тебе всё-таки стоило остаться на диване, — улыбнулась Реджина. — Когда я спустилась вчера утром, ты спала как убитая.
Последовала долгая пауза, прежде чем Эмма призналась:
— Я уснула в 6 утра.
— Ты, что?
— Как только я засыпаю, меня обычно не разбудишь, — сказала Эмма, возвращаясь к окну, чтобы снова проверить улицу. — Но мне просто… мне нужно время, чтобы заснуть.
Реджина взглянула на неё, и её горло внезапно защипало.
— Ты должна была сказать. У меня есть снотворное, или… я не знаю. Больше алкоголя.
Эмма засмеялась.
— Всё в порядке. У меня просто слишком много всего на уме, полагаю. Уже некоторое время, — отдёрнув занавеску немного дальше, она сжала губы вместе. — Но, в конце концов, это, вероятно, прекратится, — тихо сказала она, обращаясь к Реджине. — Верно?
Реджина кивнула, но это было неубедительно.
— Я уверена, что так и будет.
Они ещё несколько минут стояли у окна и молча наблюдали, на случай, если вдруг машина вернётся. Но на улице снова стало тихо, и, в конце концов, Реджина почувствовала, что зевает.
Эмма взглянула на неё.
— О, прости, ты, должно быть, очень устала. Тебе стоит вернуться в постель.