Главный удар войск 9-й армии приходился в направлении деревни Доброноуц силами 11-го армейского корпуса графа М. А. Баранцова. При этом для усиления мощи удара под единым командованием командарм-9 влил (оперативное подчинение на время прорыва) в состав 11-го корпуса войска 12-го корпуса, сделав, таким образом, ударную часть двойного состава. Три полнокровные пехотные дивизии общей численностью в 45 тыс. активных штыков – 11-я (М. Л. Бачинский), 19-я (А. Д. Нечволодов), 32-я (А. С. Лукомский) – должны были одним сокрушительным ударом прорвать неприятельские укрепленные позиции. При 11-м армейском корпусе в качестве резерва находился знаменитый Текинский конный полк.
Именно здесь, на участке предполагаемого главного удара, П. А. Лечицкий сосредоточил почти всю свою тяжелую артиллерию. Кроме того, в 11-м корпусе несколько трофейных 37-мм пушек образовали нечто вроде полковой артиллерии[118]. Общее же число артиллерийских орудий, сосредоточенных на участке в 3,5 версты для прорыва у Доброноуц, насчитывало 138 легких пушек, 24 гаубицы, 24 тяжелых орудия. Артиллерийская подготовка длилась восемь часов.
Ударную группу непосредственно поддерживал 12-й армейский корпус Н. Н. Казнакова: 12-я (Г. Н. Вирановский) и 19-я (А. Д. Нечволодов) пехотные дивизии. В то же время 33-й (К. А. Крылов) и 41-й (Л. Н. Белькович) армейские корпуса, при поддержке Сводного корпуса, сковывали противника по фронту. Несмотря на то, что 9-я армия также наносила один из главных ударов, пусть и несколько меньшего масштаба, нежели 8-я армия, 3-й кавалерийский корпус графа Ф. А. Келлера, лучшего русского кавалерийского начальника, остался в пассивном положении, находясь в обороне напротив Черновиц.
Учитывая особенности построения неприятельской обороны, командарм-9 предписал своим войскам произвести внезапный удар из выстроенного плацдарма, сблизившего русские позиции с вражескими укреплениями до расстояния в 100–150 метров. Также предусматривалась газобаллонная атака: нельзя было рисковать на мелочах. Чем больше таких мелочей находилось в руках русских, тем большие шансы на успех получал непосредственно сам прорыв. Расположение выдвигаемых вперед плацдармов в 9-й армии скрывалось самым тщательным образом. Как свидетельствует А. И. Верховский, «в 9-й русской армии при подготовке атаки в 1916 г. были в каждой части установлены должности коменданта поля, с особой командой, которые обязаны были, во-первых, никого не выпускать на открытое место с тем, чтобы усиленное движение начальников, разведчиков, съемщиков и т. п. не открыло врагу начало подготовки. А во-вторых, при помощи наблюдения с воздушных шаров они были обязаны убеждаться в том, что все войска и их тыл хорошо замаскированы, и воздушный наблюдатель врага не сможет по изменившемуся виду местности открыть подготовку к атаке»[119].
22 мая дивизии 11-го армейского корпуса, после 6-часовой артиллерийской подготовки, подготовленной одним из выдающихся русских артиллеристов полковником В. Ф. Киреем, бросились в наступление. Участник тех событий Е. В. Тумилович описывает действия русской артиллерии: «Шестидюймовые снаряды безжалостно разрушали первую и вторую линию обороны противника. Вместе с огнем и столбами черной земли кверху летели бревна, кровати, шинели, трупы людей… Австрийская артиллерия пыталась беспорядочно отвечать, но никакого влияния на темп нашей артиллерийской атаки не могла оказать, быстро была подавлена и уничтожена. Линия австрийских укреплений постепенно превращалась в подобие свежевспаханной пашни, поднятой невидимым колоссальным плугом»[120].
Блестящая боевая работа русской артиллерии, как и во всех армиях Юго-Западного фронта, прокладывала дорогу рвущейся вперед пехоте. Как пишет один из офицеров-эмигрантов, «совместная работа с пехотными начальниками, тщательно продуманная, детально разработанная, опиравшаяся на опыты и выводы крупных артиллерийских боев и прорывов, как нашего, так и Западного фронтов, позволила создать полковнику Кирею тот стройный план действий артиллерийских сил, который так себя высоко оправдал в день наступления 22 мая»[121].
В первый же день наступления войска 9-й армии взяли 11 640 пленных, 14 орудий и 18 пулеметов, однако высота 458, бывшая ключом к Буковине, задержала всю армию на целых шесть дней, до 28-го числа[122]. Кроме того, австрийцы производили непрестанные контратаки, пользуясь численным равенством в силах и географическими выгодами местности. Поэтому русские поспешили закрепиться на завоеванной неприятельской позиции и подготовить перегруппировку для нового броска вперед.
