Не являясь специалистом в использовании конницы, генерал Алексеев отдал подготовку развития успеха в прорыве в компетенцию фронтов. Про войска Западного (А. Е. Эверт) и Северного (А. Н. Куропаткин) фронтов говорить нечего: там вовсе ничего не сделали. Армии Северного фронта вели локальные бои, а прорыв армий Западного фронта под Барановичами провалился. Таким образом, применительно к кампании 1916 г. следует говорить только о Юго-Западном фронте А. А. Брусилова, чьи армии достигли выдающегося успеха в Луцком (Брусиловском) прорыве.
Общая численность конницы Юго-Западного фронта к моменту майского наступления достигала внушительной цифры в более чем 60 тыс. сабель – до 1/2 всей конницы русской действующей армии. Такое сосредоточение обусловливалось, прежде всего, условиями местности. Северный фронт должен был наступать в болотах и узких дефиле, где применение больших конных масс было по определению невозможно. Западный фронт наносил главный удар, для чего ему передавалась большая часть тяжелой артиллерии. В то же время армии Юго-Западного фронта располагались на широком фронте южнее Полесья, имели против себя более слабого по сравнению с немцами противника – австрийцев. Надо сказать и то, что два кавалерийских корпуса фронта располагались на стыке двух фронтов, закрывая географически неудобный свой болотисто-лесной местностью «провал» Полесья.
Австрийцы могли противопоставить войскам А. А. Брусилова около 27 тыс. сабель. Таким образом, русские имели более чем двукратное превосходство над противником в коннице, что позволяло с успехом использовать кавалерийские корпуса после вероятного успеха в прорыве неприятельской обороны. Конечно, производя этот подсчет, надо знать, что общая цифра складывается как из отдельной армейской конницы (корпуса и дивизии), так и войсковой конницы. Но в любом случае, двукратный перевес русской стороны в саблях не подлежит сомнению.
Большая часть русской кавалерии была сведена в кавалерийские корпуса, а ряд более мелких кавалерийских подразделений находился в распоряжении корпусов и дивизий в качестве войсковой конницы. Кроме того, несколько кавалерийских дивизий находилось в резервах армий и фронта (12-я кавалерийская дивизия барона К.-Г. Маннергейма). По армиям конница распределялась следующим образом:
– 8-я армия (А. М. Каледин): 4-й кавалерийский корпус Я. Ф. фон Гилленшмидта в составе 9 тыс. шашек, 13 тыс. штыков, 112 пулеметов, 82 орудия. Также 8-й армии передавался 5-й кавалерийский корпус Л. Н. Вельяшева в 6 тыс. шашек, 1,3 тыс. штыков, 31 пулемет. 12-я кавалерийская дивизия непосредственно перед ударом была передана из резерва фронта в резерв командарма-8. Всего в 8-й армии насчитывалось 23 тыс. шашек, считая и войсковую конницу.
– 11-я армия (В. В. Сахаров): Заамурская пограничная конная дивизия Г. П. Розалион-Сошальского в 4 тыс. шашек. Всего в 11-й армии насчитывалось 6 тыс. шашек.
– 7-я армия (Д. Г. Щербачев): 2-й кавалерийский корпус великого князя Михаила Александровича в 6 тыс. шашек при 26 пулеметах и 20 орудиях. В резерве командарма-11 находилась 6-я Донская казачья дивизия Г. Л. Пономарева. Всего в 7-й армии – 12,3 тыс. шашек.
– 9-я армия (П. А. Лечицкий): 3-й кавалерийский корпус графа Ф. А. Келлера в 11 тыс. шашек при 24 пулеметах и 20 орудиях. Резерв командарма-9 составляла Кавказская Туземная конная дивизия князя Д. П. Багратиона. Всего в 9-й армии насчитывалось 19 тыс. шашек.
Все орудия в конных частях были легкими и, как правило, конными. Кроме того, как видно из перечисления конных частей, большую часть конницы получили фланговые армии – 8-я (северный фас) и 9-я (южный фас) – которые получали главные задачи. На плечи войск 8-й армии ложилась задача главного удара на Юго-Западном фронте. А войска 9-й армии своими успешными действиями должны были побудить Румынию вступить в войну на стороне Антанты. Таковы были задачи, поставленные перед фронтом Ставкой, и затем эти задачи были спущены вниз, в армии фронта.
Очевидно, что решающая роль в поддержке предстоящего прорыва отводилась той конной массе, что находилась в 8-й армии А. М. Каледина. Прежде всего, это относится к 4-му кавалерийскому корпусу Я. Ф. Гилленшмидта. Состав 4-го кавкорпуса:
– к 22 мая в составе 8-й армии: 16-я кавалерийская дивизия Н. Г. Володченко, 2-я казачья Сводная дивизия П. Н. Краснова, 3-я Кавказская казачья дивизия П. Л. Хелмицкого, 7-я кавалерийская дивизия Ф. С. Рерберга. Общая численность: 9126 шашек, 13 272 штыка (+1128 в командах), 112 пулеметов, 82 орудия;
– к 19 июня в составе 3-й армии: 16-я кавалерийская, 3-я кавалерийская (Е. А. Леонтович), 2-я казачья Сводная, Забайкальская казачья (И. Д. Орлов), 3-я Кавказская казачья, 1-я Кубанская казачья (А. Д. Кузьмин-Короваев) дивизии. Общая численность: 15 504 шашки, 2268 штыков в командах, 97 пулеметов, 54 орудия[152].
