Я попросил у Хмари фотку Марша и проконсультировался с Димой. Глупо было предполагать, что базовый санитарный ящик сможет победить эффект, с которым не справилась целая клиника. Так и вышло. Дима посмотрел на фотку, похмыкал, сказал, что никогда такого не видел. И поэтому уверен, что снять не получится. А не получится потому, что его ящик отлично справляется с поверхностными повреждениями, а здесь, если Марш получил себе в комплект усиленный слух, эта тварь вступила в союз со всеми органами чувств.
— Я, знаешь, не удивлюсь, — заявил Дима, — если он с такой штукой на лице еще и чуять начнет, кто что готовит в радиусе пяти километров.
Проверить это предположение у нас не было никакой возможности, но меньше всего хотелось бы получить себе подобное безобразие. От того, что подобная залипуха нарисуется не на лице, а на руках, легче не будет. И перчатки тоже надо вырастить.
Поэтому вместо экспериментов с кристаллами, я сидел в нашей импровизированной раздевалке на нижнем этаже особняка и мучительно продирался через инструкции. Сто пудов, функция изменения формы у комбинезона есть, я помню, но в тот раздел я даже не заглянул, когда покупал. Решил, что потом освою. Только потом наступило прямо сейчас.
— Да что ж такое! — максимально прилично выругался я, вытаскивая очередной апгрейд комбинезона. Нормально же настроил! Какого дьявола у комбинезона вырос хвост?
Изготовители сумели предусмотреть столько функций в меню, что я даже со всем своим опытом не мог вынырнуть из деталей. Хорошо, что хотя бы для перемены цвета не было опций: комбинезон может быть любого цвета, если этот цвет — черный. Хотя не тот цвет я бы пережил. Не меняет же он функций?
Я уперся рогом и вырвал у автомата очередную версию. Да чтоб вас всех! Теперь у комбинезона вырос симметричный… эээ, передний хвост. То есть чехлы для неожиданных конечностей отросли с двух сторон. Смешного было мало, но я все равно захохотал. Жаль, что тут не было никого, чтобы разделить со мной радость неудачи. Такой провал можно было бы и отметить с друзьями.
Никаких капюшонов и близко не просматривалось. А ведь еще и перчатки на руки нужны, а я еще голову ничем закрыть не сумел.
Я подумал, что надо бы что ли чаю попить, потому что я офонарел уже на кнопки жать, как вдруг в дверь постучали.
Я открыл дверь. На пороге стоял смущенный начальник сегодняшней смены.
— Риц, извините, мы не стали бы беспокоить, но к вам опять гости.
— Гости как обычно? — усмехнулся я. На этой неделе нас еще не пытались ограбить.
— Ну почти, — улыбнулся начальник. — Одна из девушек уже была здесь, мы ее отлично помним, и мы решили, что вам надо об этом знать.
— Да, спасибо! — кивнул я и пошел вместе с ним наверх.
Это могла быть только Хмарь, она и была. Вместе с Олич и Бакланом.
— Привет!
Вся компания подскочила с диванчика, на котором их разместила охрана и замахала руками.
— А мы тут рядом были! А тут выставка шикарная! А ты на письма не отвечаешь! И мы решили ногами зайти.
— Привет! — обрадовался я. — Здорово, что зашли. Пойдем тогда чай пить, я как раз собирался.
Кухня в особняке осталась расконсервированной, и там остались и чай, и кофе, и сахар, и какие-то батончики, запасенные неизвестно кем на самый крайний случай.
Баклан хищно огляделся.
— А ничего так. Уютненько. Гораздо лучше, чем внизу.
Я ухмыльнулся.
— Так и положено. Гости внизу задерживаться не должны. Их ждут наверху. А те, кого не пустили наверх, должны сваливать как можно скорее.
— Да уж, — хихикнула Олич. — Наслышаны о твоих приключениях.
— Новых не было, — предупредил я. — Никто не приходил, ничего не крал, не требовал и не хотел, все новости старые.
Посмеялись, я еще раз рассказал, как я стулом обвалил шторы на голову нападавшим. Заодно с тоской вспомнил, что на следующей неделе назначена встреча с бизнес-модератором города по разбору ситуации. За вторжение парни уже заплатили, но выдвинули встречные претензии, заявив, что мой отец ввел их в заблуждение насчет перспектив сотрудничества, от чего они понесли расходы и ущерб эмоциональному состоянию изобретателя, но готовы получить компенсацию от меня. Желательно натурой.
С юридической точки зрения, их заявления не имели никакого смысла, это было ясно даже мне. Зато имели с моральной. Поэтому просто послать я их не мог. Я попытался перенаправить их к отцу, но с ужасом обнаружил, что все моральные обязанности переехали ко мне вместе с биокристаллами, которые мне с барского плеча сбросил отец.
Отец поржал, когда услышал об этой коллизии, и скормил меня своему местному советнику. Тот инструктировал меня по видеосвязи два часа и набил знаниями нужных параграфов по самую маковку. В принципе я был готов дать им отпор, но запланированную сессию с модератором это отменить уже не могло. По этому поводу у нас с отцом образовалась примечательная переписка.
Риц: Пап, а нельзя без этого?
Муром: Нельзя. Если ты готов защищать свою собственность, ты должен это постоянно демонстрировать. Считай, ты подписался на эту баталию, когда принял у меня имущество
