— Стой, стой! Куда?! Нельзя! — преградили им путь пилоты.
Старший из нападавших несколько раз выстрелил в командира корабля, в штурмана. Второй бандит толкнул через бортик трапа стюардессу. Третий открыл беспорядочную стрельбу по авиатехникам, но, к счастью, ни в кого не попал.
Затем бандиты взбежали по трапу, нырнули в тёмный овальный проём. Старший выглянул на секунду, крикнул вниз, водителю трапа: «Отъезжай, а то застрелю!», и тяжёлая дверь захлопнулась.
Всё произошло так быстро, что, кажется, никто ничего не заметил. Привычно гудел аэровокзал, прогревали моторы самолёты местных авиалиний, где-то заливисто лаяла собака. Жизнь текла своим чередом.
И только над «ТУ-154» незримым саваном нависла тишина…
Дверь самолёта чуть приоткрылась, и скуластый зло крикнул вниз:
— Отъезжай! А то брошу гранату!
И дверь снова захлопнулась.
Водитель трапа, пожилой человек в очках, наконец-то понял, что ему грозит, и растерянно оглянулся по сторонам, как бы спрашивая совета, что делать. Но никого рядом уже не было.
Лишь вдали два авиатехника буквально на руках тащили бесчувственную стюардессу да на трапе, прямо над его головой, стонал раненый штурман. Опрокинутый рядом с ним командир замолк сразу и навсегда.
Водитель поправил круглые очки и, не дожидаясь выполнения страшной угрозы, включил заднюю скорость…
Трап медленно, как-то нехотя отошёл от самолёта и, не разворачиваясь, не прибавляя скорости, как в замедленной съёмке начал отдаляться от роковой двери, увозя на себе первые жертвы страшного события.
И глядя на этот печально плывущий над бетонной гладью необычный лафет, весь аэропорт как бы вдруг услышал — с трехминутным опозданием — прозвучавшие у самолёта выстрелы. И все прониклись глубиной случившегося горя.
В самолёте двое из нападавших — чернявый парень с автоматом и длинноволосый худой блондин с пистолетом — расположились у входа в салон и держали под прицелом всех пассажиров, не выпуская из поля зрения и входную дверь самолёта. А их скуластый предводитель стоял на пороге пилотской кабины и, направив на молодого парнишку в лётной форме невесть откуда взявшийся у него пистолет «Беретта», строго вопрошал:
— Значит, те двое — командир и штурман?
— Они… Зачем вы их убили?
— Заткнись, а то и тебя прикончу. А где второй пилот?
— Не знаю… Опоздал, наверное… Он у нас всегда опаздывал. Вот и сегодня… На своё счастье…
— Молчи, говорю! А ты можешь самолёт водить?
— Нет, конечно… Я же радист…
— Настоящий специалист должен уметь всё! — назидательно произнёс скуластый. — Ну-ка, свяжи меня со своими!
Радист нацепил наушники и вышел на связь.
— Я семнадцатый, я семнадцатый. Диспетчер? Александр Михалыч, тут этот бандит… то есть захватчик… Ну, один из этих… В общем, главарь…
В наушниках послышался спокойный голос дежурного диспетчера:
— Володя, ты, во-первых, успокойся…
— Да я ничего, — побагровел Володя.
— Вот и хорошо, — продолжал диспетчер. А теперь передай микрофон этому… самому главному.
Скуластый сорвал с Володи наушники, напялил их на свою бритую голову, подул в микрофон:
— Аллё, аллё! — Он обернулся к напарнику: — Длинный, скажи им, чтоб не орали. Ничего не слышно!
Волосатый крикнул что-то в салон. Но людской гомон не утихал. Раздался детский плач. Тогда волосатый выстрелил дважды поверх голов, и в салоне наступила тишина. Даже ребёнок затих, интуитивно почувствовав опасность.
— Ну вот, так-то лучше, — скуластый снова подул в микрофон и зло заскрипел: — Эй, вы там, слушайте! Нам надо срочно улететь из вашего паршивого города и вообще из этой чёртовой страны! К сожалению, пилот и штурман попались нам по дороге, и мы их прикончили. Второй пилот где-то у вас. Наверно, от страха побежал в сортир. Вы должны срочно прислать нам классного пилота и штурмана. Если нет — мы взрываем самолёт. Терять нам уже нечего!
— Так-так, — тяжело вздохнул диспетчер. — Нам надо подумать.
— Думать некогда. Даю вам 20 минут.
— Это нереально. «ТУ-134» водят пилоты первого класса, а таких у нас мало. И все в городе. А до города туда-сюда минут сорок.
— Хорошо. Сорок минут!
— Да найти их надо… Они же нас не ждут дома по лавкам, — ровным голосом продолжал диспетчер.
— Ладно, даю вам час!
— Всё равно мало! Лучше уж сразу взрывайте.
— Ладно, даю полтора часа! Через девяносто минут самолёт взлетит на воздух! А пока что — как аванс — возвращаем одного пассажира, который больше всех орал. Следите за дверью!
Овальная дверь самолёта приоткрылась, и в проём вылетело человеческое тело, звучно шлёпнувшись о серый бетон.
В кабинет, большой и неуютный, быстро входит пожилой подтянутый человек в штатском. Это хозяин кабинета, генерал Артамонов. Он подходит к столу, заставленному телефонами и заваленному бумагами, нажимает селектор, вызывает секретаря:
— Лидия Евгеньевна, зайдите!
Входит миловидная женщина с блокнотом в руках.
— Слушаю, Дмитрий Николаевич.
— Где наша гвардия?
— Кто где… Стрекалов на Дальнем Востоке, будет через неделю, Алтунин за границей, за океаном, Дроздова отозвали в Управление…
— Знаю. Юрий Иванович пошёл на повышение.
— Голубин после ранения в госпитале…
