– Если бы я о нем сказал, то, скорее всего, не застал бы тебя здесь. Надо поговорить.
– О чем? – спрашиваю, выкладывая на столешницу хлеб, овощи и ветчину.
Аура Влада давит на меня, даже когда я не смотрю в омуты его серых глаз.
Он постоянно присутствует в моей жизни, но о его жизни я толком ничего не знаю, потому что не интересуюсь. Ничего, кроме того, что он отлучается в деловые поездки время от времени. И меня изнутри огромным крючком цепляет вопрос: находится ли он до сих пор в своем целибате, или ему надоело терпеть дистанцию между нами, и он решил начать жить заново. Эскортницы в любом конце света с радостью запрыгнут в его трусы; женщин, желающих вступить с ним в отношения, наверняка тоже вагон.
Отсчитывая дни в календаре, я морально готовлюсь к тому, что так и будет. Ему просто надоест.
А может, это уже случилось.
Сглотнув, я сооружаю себе сэндвич.
Я жду того, что ему надоест… быть рядом просто так.
У нас нет отношений. Он свободный мужчина.
Внутри что-то болезненно сжимается, когда я думаю о Градском и другой женщине, которая может возникнуть в его жизни и которую он вдруг захочет познакомить с Софи…
– Я хочу, чтобы ты отпустила со мной Софийку на пару часов в субботу.
– Куда? Зачем? – забрасываю его вопросами, резко вскинув глаза.
Я не боюсь, что он может ее отобрать, как грозился в первую встречу. Он никогда этого не сделает, в этом я ему доверяю.
Он любит нашу дочь. Иногда нежность, с которой он смотрит на Софийку, меня убивает. То, какая доверчивая она с ним, – тоже. У них чертовски поразительный контакт, и это его заслуга, а может, дело в том, что у них одна кровь, но он еще никогда не забирал ее вот так, без моего контроля. Они гуляли несколько раз здесь, в поселке, где я в любой момент могла выглянуть в окно и посмотреть на них, а Софи могла в любой момент попроситься ко мне.
И если он уверен в своей просьбе, то я на минуту прихожу в волнение. Влад отвечает на него, прислонившись плечом к стене и сложив на груди руки:
– Хочу пообедать с отцом. У тебя будет время для себя.
Его независимый и железобетонный вид равнодушной меня оставить не может, но я отвечаю с легкой издевкой:
– Ты очень заботливый.
– Всегда пожалуйста. Так что, ты не против?
– Если Софийка согласна, то… ладно. На пару часов. И ты привезешь ее сразу, если она попросится домой, и позвонишь мне, если что-нибудь случится.
– Например?
– Что-то форс-мажорное.
– Я не собираюсь испытывать ее детские нервы. Конечно же, я сразу свяжусь с тобой в случае чего, но это просто обед.
– Я знаю… Просто… – подбираю слова, разглядывая свой маникюр. – Я привыкла за эти годы справляться сама.
– Больше тебе этого делать не придется.
Отвечаю на его заявление молчанием.
У меня есть основания ему не верить, и за это утро ничего не изменилось, хоть он и доказывает мне обратное все эти два месяца.
Он смотрит на меня исподлобья, будто хочет услышать, что я оценила все его старания, но он получит то, что хочет, только когда я и правда в это поверю.
– Ты получила мое письмо? – спрашивает, меняя тему.
Пару дней назад он определился с выбором. Выбрал виллу на Бали с двумя спальнями, двумя детскими и бассейном. Его выбор шаром ударил по моему самообладанию, ведь мне до глубины души интересно, на кой черт ему понадобилось две детских.
Я чувствую в этом выборе провокацию, но ни за что на нее не куплюсь.
Последнее время именно из таких провокаций состоит наше общение. Даже сейчас…
Нас разделяет кухонный стол и расстояние в полтора метра, но я кожей ощущаю посыл в мою сторону, который он вкладывает в каждый свой взгляд. Тягучее обещание того, что я получу, если приму его условия.
Только я не собираюсь их принимать. Я свободная личность, как и он, черт возьми.
– Я уже начала готовить документы для сделки, – сообщаю деловым тоном.
– Отлично.
– Думаю, за месяц управимся.
– Я никуда не спешу, – в сотый раз напоминает он.
– Замечательно.
В кармане его джинсов пищит телефон. Быстро посмотрев на экран, Влад объявляет:
– Черт. Мне нужно обратно в город.
Я не знаю, чем он занимается сейчас в городе, но, судя по всему, у него какой-то новый проект. Он будто основательно здесь закрепляется. Целенаправленно и уверенно.
Несмотря на то что я не рассчитывала увидеть его сегодня, меня на секунду сковывает легкое опустошение от того, что ему пора, но я не даю этому чувству разрастись во что-то большее. В… потребность, от которой будет так невыносимо тяжело избавиться, ведь я это уже проходила.
– Хорошей дороги. – Отвернувшись к столу, включаю кофемашину.
Я слышу, что он не двигается с места.
Стоит там еще несколько секунд, после чего все же уходит, сказав мне:
– До встречи.
Как бы я ни сопротивлялась, это все равно происходит – комната становится пустой. Воздух тоже, будто, выйдя за дверь, Градский забрал с собой важные электрические частицы, которые он приносит, когда появляется.
Через приоткрытое окно слышу, как урчит, заводясь, двигатель его «БМВ», и одновременно через ткань собственных джинсов чувствую, как вибрирует мой телефон.
В моей почте письмо.
