Я обернулась к нему, но он все еще был погружен в свои мысли. Янбаев негромко что-то объяснял в трубку. Аккуратно развязав мешочек, я, к своему удивлению, обнаружила, что он пуст. Без особой надежды потрясла его над ладонью, и тогда в мою руку опустились один за другим три невесомых белых волоска. Во мне проснулось раскаяние. Все-таки не надо было лезть в чужую вещь. Не дыша, я поднесла их поближе к глазам, они короткие — сантиметров по пять в длину и светлого серебристого цвета.
Я сжала ладонь, чтобы их случайно не сдуло ветром и повернулась к своим спутникам. Оба почему-то смотрели на меня. В глазах я увидела удивление, и, кажется, легкое недовольство.
В этот момент атмосфера вокруг неуловимо изменилась. Мне показалось, что я начала узнавать это место. В нем появилась тайна. Ветер усилился, он шел концентрическими кругами откуда-то сверху. Самое странное то, что я абсолютно не чувствовала страха.
Данил и Янбаев разом повернулись в одну сторону. Проследив за направлением их взгляда, я заметила, что солнце заслонил какой-то крупный предмет, увеличивающийся каждую секунду. Сюда кто-то летит, поняла я. Еще пара мгновений и на поляну приземлился огромный белоснежный крылатый конь. Огромный, он был раза в два выше меня ростом. Я увидела серебристую гриву, крупные копыта и широкие ноздри, которыми он жадно хватал воздух.
Глаза его — ярко-карие казались человеческими, столько в них было мудрости и понимания. Расправив крылья при приземлении, он аккуратно сложил их вдоль спины. Сказать, что я была восхищена, значит, ничего не сказать. Вот он герой моих детских сказок, герой древних башкирских эпосов и легенд — Акбузат.
Он склонил голову перед моими спутниками и обратил взор ко мне. Я не решалась подойти к нему, хоть и очень хотела это сделать. Данил говорил, что он призрак, но я увидела перед собой живого коня из плоти и крови, вовсе не кажущегося прозрачным или туманным. Хотя кто знает, как на самом деле выглядят призраки.
— Не бойся, подойди, — услышала я глубокий, бархатный голос, раздающийся, будто из-под земли. Мне нужно было пару секунд чтобы осознать, что это сказал конь и что обратился он ко мне. Я медленно подошла к нему, и почувствовала жар, идущий от его тела. Акбузат наклонил голову, потянулся к моему плечу. Я поняла ласку и осторожно коснулась ладонью его шеи. Шкура у него была совершенно белая, с серебристыми проблесками, бархатная на ощупь. Меня накрыла еще одна волна восторга. От него шла такая сила света, которую мне еще не доводилось ощущать. Казалось, плохое отступило прочь. В мире были только радость и любовь.
Рассмеявшись от этих ощущений, я забыла обо всем и бросилась обнимать коня. Мой рост позволил обхватить только массивные ноги, но одной рукой я гладила тяжелые, светлые крылья. От него шло тепло. Он был самый надежный и верный друг. Как мог Данил называть его привидением?! Отстранившись от Акбузата, я отошла назад на пару метров, чтобы полностью оглядеть статную фигуру. Конь не мог улыбаться, но я чувствовала, что сейчас он будто бы делал это.
— Гости из нового клана? — обратился он к моим друзьям.
В ответ те ошарашено смотрели то на него, то на меня. Через несколько минут я выяснила, что Акбузата мог вызвать лишь один из Оставшихся, к числу которых я явно не принадлежала по рождению. Неужели, общаясь с Данилом и остальными, я смогла каким-то образом открыть невиданную до этого часть своей души? «Невозможно», читала я в глазах своего друга. Прислушалась к себе, ощущаю ли я в себе перемены? Может, и у меня проснулись сверхспособности? С сожалением призналась, что я такая же, как и обычно. Наверное, снова влияние священного места.
Но это не огорчило меня, ведь все внутри меня переливалось всеми цветами радуги от новой встречи. Меня не отпускало ощущение, что я встретила горячо любимого старого друга. Акбузату я, видимо, тоже понравилась.
Мои друзья попытались выяснить, каким образом дух смог проникнуть на Аманат, да еще и привести за собой чудище. Тишина семи ночей на Аманате священна — именно в это время здесь совершаются таинства венчания, а раньше еще и переход на Луга. Вывод неутешительный — Пустота неконтролируемо набирает обороты. Самое время собирать Совет старейшин.
— А пока мы можем следить за духами и не допускать выплесков Пустоты. Наверное, пришла пора ограничить поток туристов к пещере, объявим об опасности обвала или придумаем еще что-нибудь? — обратился к директору Данил.
Тот, мрачнее тучи, помолчал с минуту и потом изрек:
— Что бы мы ни предполагали, время готовиться к войне.
Я непроизвольно вздрогнула. В этот теплый приятный летний вечер слово война казалось абсолютно чуждыми и неуместным.