Когда мы вышли к нужной нам могиле я сразу узнала на фотографии свою знакомую. Она полуулыбалась, но взгляд ее оставался прямым и даже строгим. Я аккуратно стряхнула снежинки с овальной рамки. Приехать к ней было некому, расчищена одна дорожка. Не зная, что делать дальше я вытряхнула из кармана сладости и сложила конфеты на выступе под фотографией. Артур стоял в сторонке и ждал. Я оглядела местность. Должно быть летом кладбище в зелени. Повсюду торчат темные стволы деревьев.
Прямо передо мной за оградой начинался лес. Я всмотрелась в него, у меня появилось смутное ощущение, что я была здесь раньше. Несколько секунд в моей голове строились ассоциативные ряды и тут до меня дошло! Именно с этого ракурса была сделана фотография, на которой запечатлена машина Кирилла. Ни автомобиля, ни моих друзей, ни Акбузата. В этом заколдованном декабре я заперта, как в клетке. Ищут ли они меня? Что они подумали, когда мы с Данилом пропали? Мне стало так тоскливо и одиноко, что я готова была заплакать. Артур подошел неслышно и встал за спиной. Я вздрогнула, когда он появился в поле моего зрения сбоку. Что мне делать дальше? Что, если я не смогу найти кончик этого клубка?
Когда мы ехали в заповедник, Артур пытался приободрить меня разговорами. Но в нем не было и тени того человека, которого я знала раньше. Он был доброжелателен, но не так добр, как раньше. Обаятелен, но не мил. Мне стало еще тяжелее на душе. Сил мне придавала одна мысль о Даниле. Я должна была найти его или узнать, что с ним случилось. Во что бы то ни стало.ф
Я прожила здесь неделю. Сейчас за моим единственным окном густо валил снег. Мне повезло, что прямо перед моим приездом кто-то отказался от этого номера, и мне не пришлось селиться в люкс. Комната маленькая, но очень уютная. Все оформлено в деревенском стиле. На полу толстый ковер, на окошке льняные шторы. Односпальная кровать была укрыта большим лоскутным одеялом. Я слышала, как в коридоре урчит старый холодильник администраторов. Сейчас полдень и на базе было непривычно тихо и пусто. Постояльцы разъехались кто куда: кататься на лыжах, тюбингах или отправились на каток. Я же сидела в номере третий день. Поиски, к сожалению, не увенчались успехом. Я была в тупике. Когда Артур привез меня на базу, я была воодушевлена, надеясь, найти хоть какую-то зацепку. Все началось с того, что Арина оказалась вовсе не Ариной. Вместо моей старой знакомой, которую я так хотела повидать, навстречу мне вышла невысокая, полноватая девушка с короткой стрижкой.
Я узнавала и не узнавала базу и заповедник. В прошлый раз я была здесь в самый разгар лета, но теперь пышное буйство красок сменилось величественным снежным безмолвием. Горы и леса, укутанные белым одеялом, были потрясающе красивы. Я бродила всюду, где могла, но не находила знакомых людей или предметов. Все казалось таким и не таким одновременно. Мелочи, вроде холодильника «переехавшего» из администраторской в коридор или зеркального расположения номеров сбивали меня с толку. Директор базы, некая Васильева Т. В., по словам персонала укатила встречать Новый Год в Европу. На кухне работал Антон. Симпатичный парень с рыжеватыми волосами и очень светлыми голубыми глазами. Он отнесся ко мне по-доброму, видимо, жалея одинокую постоялицу. Мы болтали с ним почти каждый день в кафе, где он работал.
База была заполнена туристам, приехавшими с семьями или просто компаниями. Мне было немного грустно, ведь они вместе с самыми близкими людьми и, к тому же, в их жизни совсем не было тех забот, что у меня. Я частенько думала о том, что, если бы у меня был выбор — узнать правду или жить как раньше. Что бы я выбрала?
Сомнения кончались ровно на том моменте, когда я вспоминала его глаза. Его голос. Его беспокойство и упрямую решимость следовать за мной в пещеру. Я много слышала о том, как там красиво зимой. Но сейчас мне было страшно идти туда, ведь именно там все и сгинуло. Я пыталась вспомнить, как же это произошло, и не находила ответа.
Мы шли по ночному лесу. Спорили, даже кричали. У меня перед глазами стояла заплаканная мать Артура. Картинка сменялась его хищным, пустым оскалом и это перебивало страх. Я шла дальше, волоча за собой неподъемный для других меч, переливающийся в лунном свете как настоящая драгоценность.
В лесу — никого. Вокруг мертвенная тишина. Старалась не думать о старейшине, о том, как его огорчит мой поступок. Первые пятнадцать минут Данил шел за мной молча. Я видела краем глаза, как он озирается по сторонам, чтобы предупредить малейшую опасность. Луна пряталась за тучами. Вокруг нас был густой, сумрачный лес из моих кошмаров. Нам ничего мешало идти. Легко обходя препятствия, я чувствовала нутром каждый камешек, каждый торчащий корень или ветку. Пружинисто отталкиваясь ногами, перелетала небольшие овраги. Мы передвигались почти бесшумно.