Вечером оказалось, что Джерри все-таки ухитрилась обгореть на солнце, хотя пряталась в тени как могла и даже при купании не снимала футболку. С Заславским, конечно, не сравнить — этому вообще на солнце лучше было не показываться — но все равно неприятно. Вэл уже полез было в аптечку, но Джерри только махнула рукой: «Я себя знаю, средства есть, завтра буду в норме», — и ушла в свою комнату мотеля поливаться спреем и отсыпаться. А Вэла утащил к себе Миха — они в прошлый раз не договорили, обязательно ли викинг-метал вдохновлен блэком. Сумрак закопался в фотографии, словом, Марек остался один. И, к собственному удивлению, не чувствовал ни досады, ни неприкаянности, хотя и не сказать, чтобы устал от общества. Просто все идет как идет, как и в дороге — то они вместе, то по отдельности. И в городах Сумрак с Михой вон регулярно отделялись. Ну и ладно.
Сидеть в мотеле особого желания не было, и Марек вышел пройтись. Несмотря на поздний час, до конца так и не стемнело, стояли сумерки. От реки веяло прохладой, после жаркого дня даже показалось, что холодновато — впрочем, возвращаться за рубашкой было лень. Зато можно было распустить волосы, и в кои веки они не липли к лицу и не мешались. За рекой виднелись отсветы огней города, и Марек свернул вглубь берега, в темноту — насколько эти летние сумерки можно было назвать темнотой. Так странно — вроде бы и центр в пределах видимости, но этот район выглядел совершенно заброшенным. Слепые, местами выбитые окна, обвалившаяся лепнина на стенах, асфальт весь вспучился от древесных корней, а местами просто отсутствовал. Марек даже пожалел, что Вэл не пошел с ним — он любил такие места. Ладно, может, еще вернутся вдвоем.
Из-за угла высунулась невысокая фигура, издала невнятный возглас и юркнула обратно. Угрозы Марек не ощущал — там, похоже, парнишка вряд ли старше Вэла, при всем желании ничего не сделает. Скорее даже было любопытно, кого это принесло — у окрестных домов вид совершенно нежилой, в таких обычно разве что пара дедов век доживает, а деды в такое время давно спят. Уж точно не шарахаются по переулкам. Марек проверил нож и шагнул за угол.
Если парнишка надеялся удрать, направление он выбрал самое неудачное. Точнее, они выбрали — их там было двое. Марек уже успел увидеть, что половина дорожек здесь ведет в тупик — либо в глухую стену дома, либо в свалку хлама, через которую пробираться себе дороже, либо просто в забор. Вот и эти двое уперлись в бетонное ограждение, слишком высокое и гладкое, чтобы перелезть, да и кто его знает, что там за ним. Хотя, судя по лицам, мало отличающимся по цвету от того бетона, вряд ли что-то могло быть хуже, чем возникший в начале тупика Марек.
— Мы не знали…
— Мы не хотели… — вразнобой, но почти одновременно сказали оба. Марек подошел ближе. Парнишки вжались в стену — кажется, если бы они могли, насквозь бы просочились. Да, оба однозначно младше даже Вэла, один ростом повыше, но и тот не доходил Мареку до плеча, второй совсем мелюзга, причем и по возрасту тоже. Старший набрался смелости и взглянул Мареку в лицо:
— Знаешь… если можно… ты мелкого не трогай. Это все я затеял.
— Димка, ты сдурел? — отчаянно прошептал «мелкий». — Нельзя же…
Старший шикнул на него и снова обратился к Мареку:
— Нет, правда. Я знаю, кто ты такой, но думал, что мы же просто посмотрим… А он ни при чем, просто со мной пошел.
— Так, — Марек шагнул вперед, подойдя к ним почти вплотную. Парнишки явно уже прощались с жизнью. — Что там у вас произошло?
Из дальнейшего очень сбивчивого рассказа Марек не сразу, но понял, что эти двое, начитавшись историй про Внешних в духе любимого сайта Вэла, задались целью хоть краем глаза на них да посмотреть. Хотя, по тем же историям, это было смертельно опасно, поскольку Внешние хранят свои тайны, и возмездие в лице все того же Гонщика не заставит себя ждать. Дальше реплики теряли всякую связность, и Марек так и не смог выяснить, было ли что-то на самом деле или нет. Так-то в Ярославле Внешние очень даже могли быть — сцепился же чертов Ящер с кем-то из них именно здесь, чем и навлек на себя Некроманта. Был это одиночка или кто-то из тусовки — тут уже за давностью лет не понять. В общем, то ли ребятки краем глаза и правда что-то углядели, то ли, что скорее всего, больше даже себе напридумывали — долго ли какую-нибудь движуху в гаражном шиномонтаже приписать этим самым Внешним! Но, понятно, были свято убеждены, что увидели нечто запретное. И теперь, когда Димка практически нос к носу налетел на Гонщика, ничего хорошего их не ждало.
— Все с вами ясно, — сказал Марек, изо всех сил стараясь держать спокойное выражение лица. — Брысь отсюда.
— А… в смысле… то есть…
— Еще раз, если с первого раза не понятно: брысь. С детьми не связываюсь, но третий раз повторять не буду.
Он отошел в сторону, показывая, что проход свободен. Пару секунд парнишки стояли на месте, не веря своим ушам, потом испарились с такой скоростью, словно и правда в стену просочились. Марек присел на груду кирпича и наконец дал волю смеху.