В первый день после полнолуния месяца асалха Благословенный велел четырем отшельникам отправиться за подаянием, а сам остался в лесной обители обучать аскета Ваппу. Ваппа практиковал медитацию в соответствии с наставлениями Благословенного и обрел плод сотапатти. Тогда Будда сказал: «Приди, бхиккху», — и тем самым принял Ваппу в монахи. Точно также на второй день убывающей луны получил наставления Бхаддия, а на третий день — Маханама. На четвертый день Благословенный обучал аскета Ассаджи. Все они, следуя указаниям Будды, стали вступившими в поток, и все получили монашеское посвящение.
В те дни Благословенный оставался в обители, давая советы и наставления новым бхиккху. Трое из них ходили за подаянием, и полученной ими пищи хватало на шестерых. На пятый день убывающей луны Будда преподал монахам учение о «не-я» («Анатталаккхана-сутта»)[40].
Сутта о «не-я»
— Монахи, тело (rūpa) не есть «я» (atta). Если бы тело представляло собой «я», оно бы не вело к огорчению. Можно было бы повелевать: «Пусть мое тело будет таким. Пусть мое тело не будет таким». Но поскольку тело не есть «я», оно всегда ведет к огорчению. Бессмысленно приказывать: «Пусть мое тело будет таким. Пусть мое тело не будет таким». Монахи, чувства… восприятие… ментальные конструкции… сознание не есть «я». Если бы эти чувства… восприятие… ментальные конструкции… сознание представляли собой «я», они бы не вели к огорчению (…). Монахи, постоянно ли тело? Или оно непостоянно? Как вы думаете, бхиккху?
— Непостоянно, достопочтенный, — отвечали пятеро монахов.
— Если нечто непостоянно, это является страданием или счастьем?
— Страданием, достопочтенный, — отвечали пятеро монахов.
— Если нечто непостоянно, приносит страдания, находится в постоянном изменении, можно ли сказать: «Это мое. Это моя неизменная суть. Это есть, я“»? Можно ли рассматривать это таким образом?
— Нет, достопочтенный, — последовал ответ.
Схожим образом Будда наставлял их о природе чувств, восприятия, волевых формаций и сознания:
— Поэтому, монахи, все эти материальные формы — принадлежащие прошлому, настоящему или будущему, внутренние или внешние, грубые или тонкие, приятные или неприятные, далекие или близкие — следует рассматривать так: «Это не мое, это не моя подлинная суть, это не есть, я“».
Все чувства, восприятие, ментальные конструкции и сознание нужно рассматривать так же: «Это не мое, это не моя суть, это не есть, я“».
Монахи, рассматривая все явления подобным образом, хорошо обученный ученик благородных разочаровывается в теле, чувствах, восприятии, волевых формациях и сознании. Разочаровавшись, он оставляет желание по отношению к ним. Так он освобождается от всех омрачений. Когда его ум освобождается таким образом, рождению приходит конец. Достигнув архатства, он избавляется от всех страданий. Тому, кто стал архатом, больше нечего достигать.
Слушая наставление Будды, пятеро монахов стали архатами — они победили все загрязнения ума.
На шестой день убывающей луны Будду посетил Налака — племянник провидца Аситы, который первым принял монашество во имя Будды, когда тот был еще Бодхисаттой. Налака спросил Будду о том, что является правильным образом жизни для отшельника. После наставления Благословенного Налака покинул Учителя и больше не возвращался.
Тем временем Яса, сын богача из Варанаси, разочаровался в мирской жизни. Он был молод и в полном расцвете сил. Однажды ночью он покинул дом и в одиночку отправился в Исипатану, которая в те времена служила пристанищем для многих аскетов.
Близился рассвет. По своему обыкновению Благословенный проснулся рано утром и окинул взглядом мир в поисках тех, кто готов пробудиться. И он увидел, как Яса оставляет мирскую жизнь и отправляется в сторону Исипатаны. В ожидании встречи Будда совершал медитативную прогулку неподалеку от того места, где спал. Издалека заметив юношу, Учитель сошел с тропы и занял сиденье, которое приготовили для него пятеро монахов. У самой обители Благословенного Яса случайно обронил такие слова: «Обывательская жизнь полна опасностей, полна бед». — «Подойди, Яса, — позвал Благословенный. — Аскетическая жизнь, Яса, свободна от опасностей, свободна от бед. Присядь, я буду учить тебя Дхамме».
