- Знаешь, Варан – при звуках моего старого прозвища Денис вскинулся, как охотничий пёс – я, конечно, смотрел твои фильмы, и эту заразу видел, но на экране она такой… такой, не была! Так ведь и обгадиться можно, и даже не стыдно… будет. – Весло вроде как в шутку пощупал свои штаны, мы нервно хохотнули. День, глядя на Николая, ехидным голосом переспросил:
- А скажите мне, други… Вы долго ещё меня за нос водить собирались? Что, рылом не вышел, секреты не для всех?
Я хлопнул его по шее:
- Не дури, Денис, никто особо и не шифровался. Просто к слову как-то не приходилось, да и привычнее вам этим прозвищем пользоваться… К тому же, как ты это себе представляешь? Прихожу я этак к нам в «гелик», сажусь перед тобой, проникновенно смотрю тебе в очи и тихим, таинственным голосом говорю: «Денис, я должен тебе признаться, я не тот, за кого ты меня принимаешь!»…
К моменту завершения фразы Весло уже тихо трясся от сдерживаемого хохота! День, чуть потупив из-за построения фразы, хотел было обидеться, но не выдержал и заржал в голос! Я поддержал компанию – смеялись не столько из-за моих слов, сколько выплёскивая пережитый ужас…
Россомишку бросили там, где и пристрелили. Возиться со снятием со здоровенного хищника его довольно грязной и обвешанной колтунами шкуры не захотел никто – а больше и нечего было с него взять… Зверь оказался крупный, с длинными лапами, оснащёнными здоровенными когтями, но слишком худой и обшарпанный какой-то. Видимо, долго перебивался мелкими перекусами, вплоть до падали, а потому здорово ослаб и, возможно, запаршивел – оттого и полез буквально наобум, пытаясь не столько атаковать, сколько напугать потенциального конкурента на лакомый кусок. Обломался…
Печёное мясо доедали уже в машине, на ходу. Не хотелось и дальше испытывать судьбу, поэтому Весло погнал нашу таратайку прямо к блок-посту, без задержек и осмотров достопримечательностей. В радиус радиоконтакта мы вошли (въехали?) примерно через три четверти часа, и при первом же сеансе услышали короткий приказ:
- Сержанту Злому, ефрейторам Редько и Хромко немедленно вернуться на Базу! Повторяю – немедленно вернуться на базу! Как поняли, приём?
- Вас понял, двигаемся к базовому расположению. – голос радиста (или кто там был на связи) явно давал понять – что-то произошло. Что-то из разряда ЧП!
- Значит, никого не встретили?! – в третий раз переспрашивает лейтенант.
- Никак нет, тарщ-лейнт, никого.
- Куда же эти с…ки подевались?! – Конош почти в истерике, только… несколько, как мне кажется, черезчур. Слишком театрально, слишком… правильная такая трагедия, как на сцене. Но не мог же он… или это у меня шарики с роликами перепутались?! Да не, ерунда…
- Ясно, сержант, можете быть свободны. – устало командует капитан Беляев. Я продолжаю стоять перед начальником лагеря по стойке «вольно», и уходить не хочу. Ситуация гнилая, но… пока что есть шанс несколько исправить сложившееся положение.
- Ну чего тебе ещё, Злой?! – капитан сдерживается, но, видно, на последних нервах.
- Тарщ-капитан, разрешите организовать преследование!? Пока ещё они недалеко ушли… Мы уже за такими тварями гонялись, успешно. – я смотрю в глаза капитану, и вижу, как в них вместо обречённой усталости разгорается злорадное бешенство.
- Какое пресле… – лейтенант, после резкого взмаха рукой, затыкается на полуслове, уставившись на вскочившего капитана. Сам капитан резко выдыхает, потом набирает воздуха и чуть подрагивающим голосом переспрашивает:
- Значит, ты именно тот Следопыт? В ЦУП-е Одесском, банду догнали и выбили вчистую – ваша работа?
- Не совсем, тарщ-капитан, там мы только след взяли и базу их нашли, дальше сводный отряд работал. Но и было их там больше трёх десятков, а здесь – всего три ублюдка! Нас вполне хватит – если, конечно, времени зря не терять.
Лейтенант снова вскинулся, но Беляев опять заткнул его одим движением ладони:
- Я тебя знаю… Следопыт, пускай и заочно. Поэтому верю – шанс есть... Что-нибудь тебе нужно, патроны, оружие, ещё что?
- Если есть сухпай, наш, РА – то распотрошить и нам килограмма два обезвоженного мяса собрать, и все сладкие батончики, или что там у вас в закромах. Ещё галеты – тоже «дубовые», посуше, ну и рационов морских по упаковке на брата. Патроны… нет, патроны не нужны, пойдём со своими стволами, и патроны там тоже не штатные. Только чтоб никто дурных вопросов не задавал! Москитки ещё, квадратов… десять-двенадцать, пожалуй. Да, кстати, и накидок парочку запасных, для заложников… И шмотьё ихнее, и заложников тоже – думаю, именно по нему даже лучше получится. От этих воняет до первой лужи, а там, боюсь, они вообще тряпки могут бросить, если будут перестраховываться. А вот заложников переодевать – это уже паранойя, не должны… Ну, и на всякий пожарный – спецукольчики, которые бодрянку поднимают, хоть насколько… Выспаться нам, скорее всего, не удастся…
