Оказалось – не совсем. Из «спящей» палатки вывернулся полностью одетый и вооружённый мужик, быстро и как-то плавно метнулся к придурку с фонарём и коротким ударом смахнул того на землю. Сбитый сначала взвыл, но, разглядев появившегося бойца, сдавленно заскулил и почти сразу затих – похоже, это и есть либо главарь банды, либо кто-то из близких к оному. По крайней мере, корчащийся на земле кадр никаких претензий предъявлять даже не собирался – значит, ударивший «право имеет»… Упавший на землю фонарь светил в сторону третьей палатки, из которой раздалось недовольное вяканье, в котором можно было разобрать обрывки чего-то типа «…когда ты, га…дон штопаный, эту су…у трахал – тебе не мешали! Убери ё…ный фонарь, у…бан…» – разумеется, не одним предложением, минуты на две хватило… Так, вот и последний – если расчитывать по количеству квадров и сбежавших уродов. Четыре машины – восемь седоков, из них четверо пригнали сюда транспорт, а встретили только троих, четвёртый сдох в кабине «урала». Итого – семеро, если, конечно, встречающих не было больше… но вряд ли, не собирались же они сезон дождей здесь пересиживать? Да, бежать пытались пятеро, но кто сказал, что среди них не оказалось кого-то «неучтённого»?! И я даже подозреваю, кто именно был этим «пятым лишним»… Теперь осталось шестеро – укурка можно забыть. Трое на виду – часовой, сейчас активно делающий вид ответственного и внимательного, даже встал и типа всматривается в темноту. Главарь или близкий к нему – как раз что-то вполголоса бубнит в палатку, из которой вылез, чем-то недоволен и раздражён. Побитый пока валяется и не отсвечивает, фонарь, правда, дотянулся и выключил. Кто-то в третьей палатке, и, похоже, я знаю, чем он там занят – ничего, я… мы тебя, урода, не выпустим! Тебе жить осталось не дольше пяти-шести часов, если под пулю подвернёшься; а если я тебя живым возьму – дохлым завидовать будешь!
Главарь (пусть пока им числится, не может же в такой крохотной банде их двое быть?) всё не успокаивается, о чём-то переругивается с так и не высунувшимся из палатки приятелем… раз уж делят на двоих одну палатку – кем тот может быть? Такой резкий кадр рядом с собой «шестёрку» терпеть не станет! Но сам под полог не лезет – наоборот, кажется, пытается то ли выгнать на свежий воздух второго, то ли чего-то требует... Было бы неплохо, конечно, увидеть на мушке ещё одного (именно на мушке – ночных прицелов нет, дневные коллиматоры пришлось вечером снять, стрелять придётся с открытых прицелов; одна радость, на складных/запасных встроенных целиках и мушках есть световые метки, так что, с горем пополам, навести ствол можно; будь у нас штатные калашматы – даже не знаю, что бы и делали…), но бандиты мне такое удовольствие предоставить не спешат. Впрочем, без лицезрения этого неведомого козла обошлись бы – пристрелим и в палатке, какая разница… А вот того урода, который сейчас «развлекается», надо видеть – не хватало ещё здесь устроить «…бросайте стволы, или я её зарэжу!». В идеале, всех бы на свежем воздухе построить, чтоб не возиться… мечты-мечты…
О, а вот это совсем неожиданно. Ну и куда же ты попёрся?! Ночью спать надо, а не шляться чёрт знает куда! Однако, решительный гад, ночью бродить по дикой территории не всякий рискнёт. А этот, похоже, намылился часового проверить – чего нам совсем даже не нужно… когда он увидет пораскинувшего мозгами ханурика – не думаю, что поверит в нечаянно упавший тому на голову кирпич. Вывод – его надо валить наглухо, а значит – время пошло! Неожиданно и крайне несвоевременно, но кто обещал, что будет легко?
- Весло, – я, согнувшись за камнем в три погибели» и отвернув (на всякий случай) нос от палаток, едва шевелю губами прямо в ухо соратника, слишком мы близко подобрались, но кто ж знал – держи под прицелом эту парочку, часовой в приоритете. Начнут суетиться – бей, но только в крайнем случае. День – второе ухо практически прижато к первому, поэтому бормочу я сразу для обоих – твоя задача укокошить всех, кого видишь, желательно чтобы оба не успели задёргаться. Потом следи за палатками, бей, как только поймёшь куда. Я – за этим неспокойным, начинаете, как только услышите шум, и эти среагируют. Если не будет шума – ждёте моего возвращения. Всё, я пошёл.
