Будетлянин науки полностью

(77) Ср. письмо Шкловского Якобсону в кн. Третья фабрика: «Тогда, когда мы встретились на диване у Оси, над диваном были стихи Кузмина. Тогда ты был младше меня, и я уговаривал тебя в новую веру. С инерцией своего веса, ты принял её» (Шкловский, 1926, 68). О разнице между ОПОЯЗом и Московским лингвистическим кружком писали тогда же Якобсон и Богатырёв: «[…] в то же время как Московский лингвистический кружок исходит из того положения, что поэзия есть язык в его эстетической функции, петроградцы утверждают, что поэтический мотив далеко не всегда является развёртыванием языкового материала» (Якобсон/Богатырёв, 1922, 31).

(78) Маяковский вернулся в Петроград 30 или 31 марта (13 апреля) 1917 г., после недельного пребывания в Москве, где выступал, между прочим, на совете организаций художников Москвы с информацией петроградского Союза деятелей искусств (Катанян, 1985,128). Причиной поездки Якобсона в Петроград было его участие в 7-ом съезде конституционно-демократической партии в апреле 1917 г. Съезд состоялся 25–28 марта (7-10 апреля), что ставит под сомнение либо справку Катаняна, либо датировку Якобсона. Якобсон был активным членом кадетской партии. Подробности явствуют из письма Якобсона к своему юридическому представителю, проф. Arthur Е. Sutherland, от 23 апреля 1953 г. в связи с попытками привлечь его к ответственности перед комитетом по «антиамериканской деятельности» («дело» было прекращено после вмешательства будущего президента США Dwight Eisenhower, знавшего Якобсона с тех пор, как он был президентом Колумбийского университета): «As a student of Moscow University, I was for the Russian Constitutional Democratic Party which advocated a constitutional monarchy on the British model. In 1917–1918, I was an active member of this party and preserved personal ties with its leader Miliukov until the last war during which he died. In 1917–1918, I was a member of the Presidium of the University faction of the party and as such I actively participated in the national convention of the Constitutional Democratic Party, April, 1917 in St. Petersburg. When in the spring of 1918 arrests among the members of this faction took place I managed to escape and hid in the country for several months. When in 1919 the party went underground, I continued to cooperate» (The Jakobson Archive, MIT).

(79) Выставка финских художников в Петрограде открылась 3 (16) апреля 1917 г. в два часа дня в художественном бюро Н. Е. Добычиной на Марсовом поле, после чего, в семь часов вечера, был банкет в ресторане Donon на Мойке, 24. На открытии выставки присутствовали, помимо финских художников, М. Горький, который «хотел только сказать четыре известных ему финских слова: Elakoon Suomi, Rakastan Suomi», А. Бенуа, В. Фигнер, Е. Брешко-Брешковская, представители Временного правительства (Милюков, Родичев), Н. Рерих, Н. Альтман и «президент московских футуристов Давид Давидович Бурлюк», который выразил желание устроить русско-финские выставки «с участием наших художников и прежде всего той группы, которую он представлял» (A. G-s., Hufvudstadsbladet, 1917, 22.4). Согласно газете Речь (1917, 5–4), на открытии говорил и Маяковский.