Когда мы зашли в квартиру, Борода прошёл в дальнюю комнату родной «трёшки», а там прямиком к окну. Эту комнату он считал «своей», вторую гостевой, а третью — для родственников и близких друзей, оставшихся на ночёвку. Для меня, то есть.
Распахнув окно настежь, обе створки, он подтянул к нему кресло и, усевшись, приглашающим жестом указал на мешок и свёрток, который оставил в центре комнаты.
Я начал со свёртка, разорвав газеты. Потом заглянул в мешки.
Стало нехорошо.
Три меча, два комплекта брони. Серебряная восьмиконечная звезда на наплечнике, левом.
Не менее молча, чем Серёга минутой раннее, я нашёл стул и сел рядом с другом. Говорить было крайне трудно, ведь если опустить весь мат, что роился в голове, сказать-то было, по сути, и нечего…
Первым нарушил молчание я.
– Оно?
Серый бросил на меня злобный взгляд и фыркнул:
– А у тебя другое есть?
– Так значит, нам тогда не приснилось? И не белочка?
– Значит, нет.
– Жаль…
Борода невесело хмыкнул в прозвище и начал подниматься из кресла.
– Что есть, то есть.
– А щит где?
– У деда на хранение оставил. Он обещал столешницу или дверцу из него не делать, агась.
– Понятно… Не, нихрена не понятно. А чего ты матерился-то так с утра?
– Да мне дед Вова ещё вчера позвонил. Заберите, говорит, хлам. Ты приди и глянем, что там к чему. Нужное заберёшь, а ненужное вместе на помойку оттащим.
– И?
– Хренли «и», Игоряш? Я в багажник сунулся, а закрывал его уже ж… задницей, сверху сев. Мне мертвяк там почудился! Половина, точнее. Свеженький, в смысле, с душком. Но бодрый, ручёнки свои гнилые ко мне тянул, агась. Второй раз залез — а там ещё хуже… Доказательство, блин. Не менее смердящее трупаками, кстати. Почистить надо будет. Блин, а я ведь тоже надеялся, что крыша не железная, вот и поехала. А выходит, мы реально едва не сдохли тогда…
– Выходит… – я покрутил в руках один из кинжалов, что вытянул из мешка с доспехами.
С ним в руках и сегодня проснулся, собственно, вот и вспомнилось.
С тех пор прошло три года.
Мы свыклись с этой мыслью, наладили жизнь. Поначалу пытались задвинуть весь этот металлолом в самый дальний угол родных кладовок, стараясь забыть про тот дурдом, выкинуть его из жизни. С глаз долой и куда подальше. Только золотые монеты, что нам в награду дали, в ломбард сдали, под видом самоделки «на заказ» от неизвестных мастеров.
Но, разумеется, надолго нас не хватило.
Спустя месяц, или около того, в начале осени десятого, мы не удержались и достали мечи «для побаловаться». А как иначе? Первые пятьдесят лет самые трудные в жизни мальчика! Ещё и Борода в каком-то сериале узрел, как там герои сабли декоротивные со стен сорвали и начали им махать… А я и согласился, дурак.
Итогом этого стало то, что все три года мы все выходные тусили по лесам и полям с ролевиками и реконструкторами, которых откопал в своих старых знакомых бородач. Мы не надеялись снова влететь в подобное приключение, скорее даже наоборот, но общение с мечами нам доставляло высшую степень удовольствия, потому… почему бы и нет? Тренировки, опять же, типа спорт. Свежий воздух, все дела. Ещё и экипировку смогли доработать: Борода придумал себе какие-то крабо-захваты для мечей, чтобы носить их на спине без посторонней помощи. Магниты, пружины какие-то хитрые, скобы стальные — и вуаля!
Но мы всё больше держались особняком, в стороне от остальных, тренируясь на пару. Оказалось, что если уж мы бойцы дерьмовые, то из ролевиков — вообще никакущие. И вместо спарринг-партнёров мы разжились армией учеников… Через полгода еженедельных тренировок в лесах да на квартирах, на них уже можно было смотреть без содрогания. Хотя всё равно с любым из нас они не могли выдержать и короткого тренировочного боя, потому мы воевали исключительно друг с другом. Взгляд у нас был иной, и повадки.
Магические свойства брони и оружия от попадания в наш мир заметно снизились: мечи не умели замораживать время ни при контакте, ни при максимальном запуске. Даже обморожение и прочие радости пропали. Ни одна руна на моём супер-пупер-древнем-клинке, который я зачем-то утащил из того мира, не запускалась и не создавала своих эффектов.
Щит тоже потерял свои способности. Стал просто стальной пластиной с красивыми, причудливыми письменами, в центре которого прикрутили кистевой-разрубленный. Красивый, лёгкий… Народ верил, что новодел под фентези. Только руны разными цветами блестели. Но не светились, как раньше.
Тем не менее, весь этот металлолом остался самым лёгким из возможного. Ну и выглядело это всё шикарно, даже круче дорогущей экипировки одного мальчика-мажора из противоборствовавшего нам клана, сделавшего себе броню под спецзаказ. Когда я узнал, сколько денег он убил на свои доспехи, экономист во мне задушил жабу и сам повесился рядом. Квартира в Москве, на радиусе третьего кольца. И он купил доспех. За эти же деньги. Нет, он идиот, я прям уверен.
