– Ну первый вариант это локтями там зажать, под коленку как-нибудь изловчится… В зубы, в конце концов, не знаю… Но это бред, ни в какую не удобно как ты не крутись. Особенно бред с зубами — чуть тебя в челюсть приложат и прощайте, чёткие шипящие и адекватный свист. Хотя нет, свист — здравствуй, располагайся, держи тапочки. Ну и вариант ещё это…
– Я понял, о чём ты, – я поспешил прервать друга. – и это точно не вариант! Там же остро, отрезать можно ж это что-нибудь… а оно полезное!
– Ой, не говори! Одна опасность и расстройство с этими мечами, агась. Впрочем, Бистрегз пять-то таскал только потому, что в бою их крайне профессионально теряет и оставляет на трупах. Может, дополнительные просто для удлинения таких атак? Помнишь, он тогда сольно комнату зачистил и Стража уговорил? Дарен, а как семь? Что он ещё довесил?
Парень принялся загибать пальцы, перечисляя:
– Так. Два коротких кинжала, которые поясные ножи, вы ещё тогда видели. Парные короткие мечи скрещенные на спине тоже, двуручник… А! Два меча на поясе добавил, обычные клинки городской стражи, и ещё пару ножей в сапоги.
– Так это ж девять! – Я тоже считал, но у меня пальцев загнулось больше, пришлось возмущаться. – И что, прости? Обычные? А смысл?
– Ну само собой не простые, а зачарованы, как и наши все. Но такие клинки теперь во всей Империи в ходу, потому вполне и обычные. И всё-таки семь, поскольку он четыре ножа за два меча считает!
– Тогда ладно, так сходится, – неохотно проворчал я. – Хотя экономист во мне и негодует. А вот бухгалтер доволен и всё понимает.
Дарен пожал плечами и ухмыльнулся:
– Везёт, я вот не понял, о чём ты. Ладно, вернёмся к Бистрегзу. Всю свою амуницию он ещё на дополнительную защиту зачаровал, и ещё сильнее облегчил.
– Ладно, это прекрасно, и я искренне за него рад. Однако у меня остался последний вопрос. Точнее, первый. А как это всё связано с первоначальным вопросом, про грохот? То есть он ещё бы шумопоглащение оформил — и цены ему в бою не будет!
– Зря ты на него так. Это самое поглощение давно на походных сапогах лежит.
– Во! Вот я знал, что не первый заметил, знал! А чего он их не носит-то тогда? Бережёт, что ли?
– А то нет! Такие боты тридцати породистых коней стоят, не меньше! И сносить их зазря в городе, сидя без дела?
– Слушай, с полновесными я кое-как понял, но… Сколько у вас стоит породистый скакун, лучший на всю Империю?
– До двухсот полновесных.
– Это выходит… Ба, это он от всего костюма только на одни боты шесть тысяч истратил? Зенириг говорил, что вся его система в тридцатку встала… хороши боты, однако! Теперь понимаю.
– Да, кстати, а вы ведь тоже хотели что-то зачаровать перед походом, или я ошибаюсь?
– Точно, чуть не забыл про это! Давай перекусим как следует и тогда напомни ещё раз. Так, а где хозяйка-то? Мы есть будем дальше, или нет?
Владелица заведения тут же возникла сбоку от нас, появилась с огромным подносом в руках, с мой щит размером, и тут же затараторила:
– А как же, мальчишки! Ещё как будете! А куда ваши друзья делись?
– По делам убежали. Можно их еду в гостиную капитанов отправить и в башню мага тоже… ммм… четыре порции?
– Щас всё сделаем, мальчонки, а вы кушайте пока, кушайте.
После сытного обеда блюд так где-то из двадцати, в ходе которого нас откормили словно на убой и нахваливали за аппетит и спасение города, мы всё-таки направились в кузницу к Агниусу. Покатились скорее, ну да не суть… Я ожидал хоть там увидеть привычную полуразвалившуюся хибару, но на её месте красовался отменный «магазин доспехов и брони», если верить вывеске. Целиком из камня, и украшенный чем только можно, вплоть до цветастых витражей, золочёной вывески и крайне редких за пределами столицы стеклянно-прозрачных витрин. При входе нас встретил какой-то пацанёнок, быстро признавший Дарена и испарившийся в подвале.
Мою нелюбовь к повсеместным изменениям поддержал и Серёга:
– Хоть подвал у Агниуса неизменен! А то перестроили тут всё… Мёда в городе захочешь — не найдешь, сам потеряешься раньше!
Из подвала раздался дикий грохот и вылетел паренёк-служка снося на своём пути все манекены с бронёй, оставляя за собой густой дымный шлейф, подожжённым подолом рабочей робы. Потирая отбитый грудак и пытаясь загасить тлеющий подол, парень сдавленно пропищал:
– Мастер Агниус сейчас выйдет, господа капитан-графы.
В ответ раздался вопль Агниуса:
– ГрафЫ?!? Их ещё и много?!
– Серёг, а тут всё-таки многое не меняется…
– Агась, я тоже заметил.
Тем временем в подвале что-то грохотало, шумело, лязгало, падало и стучало. Кузнец, по всей видимости, привычно обложился работой и теперь пытался выбраться из завалов.
Наконец грохот прекратился и на лестнице, ведущей в подвал, показался молодой парень с взъерошенными, давно не стриженными волосами. Такими темпами он скоро зарастёт сильнее, чем Бистрегз, самый длинноволосый в нашей компашке! Хотя это вряд ли, Бистрегз, скорее всего, стричься так и не планирует, можно не опасаться за его звание.
