Время я больше не останавливал. Оно всё равно замирало на несколько секунд при каждом взмахе меча, позволяя оценить, насколько мы в заднице. А длительные остановки слишком снижали темп отряда. Конечно, мы с Серёгой могли резать мертвяков пачками и не встречая сопротивления, но поскольку их толпа не двигалась, а трупы замирали вне времени, это не давало особого эффекта, мы тут же начинали буксовать, упираясь в стену. Зато зайти во фланги без особых усилий мы смогли.
Ну как без усилий… Трупаки оказались значительно резвее, чем я ожидал. Конечно, активированные клинки резали их без труда, не замечая даже доспехов, но и нам частенько приходилось уклоняться от быстрых и мощных выпадов.
Некоторые из мертвецов были облачены в доспехи, подобные нашим — доспехи стражи. Ребята, мы за вас отомстим! А если нет — лично извинимся, что такие немощные, чего уж.
Толпа трупов собралась внушительная. Один только я уже больше пяти десятков наколотил! И меньше она становилась крайне неохотно. Где-то в центре этой нескончаемой мясорубки из мёртвой плоти стояли, собственно, Могильщики, которые неустанно присылали нам всё новых и новых гнилостных противников. Пятеро всего — я уже видел их чёрные балахоны, с трудом разбирая их в предрассветных сумерках.
И постепенно мы смогли к ним приблизиться.
Когда мы оказались достаточно близко, четверо из них облачились в доспехи, а пятый «ушёл в себя и не вернулся». Мозгом любуется, гад. Или начальству докладывает.
Переглянувшись, мы с Бородой пошли в атаку через замедление. Протиснуться среди рядов гнилых мертвяков было сложно больше морально, хотя стояли они плотными рядами, плечом к плечу. Тем не менее, нам это удалось. А стоило времени вновь пойти, как мы за пару взмахов снесли эту четвёрку, их броня так же не выдержала ударов наших ледяных клинков. Пятый успел куда-то катапультироваться, ну да и хрен с ним… потом доберёмся.
Сейчас надо в город пробиться…
Сразу после победы над этими Могильщиками я усомнился, стоит ли относить их к живым людям. Это я убил, или они уже были мертвы, а я лишь…? Поразмыслить над этим мне не позволили — вокруг нас всё ещё была толпа мертвецов. Впрочем, теперь она редела куда как эффективнее.
– Это чо у них, выпускной на кладбище, что ли?! – возмущённо зарычал Борода, получивший за счёт этого небольшие моменты для продыха. – Чего им по могилам не лежится? Больничный с кладбища решили продлить? А нахрена сам попёрся? Поныл бы родне во снах, как нормальные покойники!
– Могильщики, сэр, – почти буднично пожал плечами я. Я уже был готов к чему-то подобному после встречи с новопреставленным Мезгуртом. Впрочем, масштаб поражал, спору нет. – А где ты таких «нормальных» видел?
– Да в скандинавских сказаниях, агась. Жена одного дядю отравила, а он не угомонился. Являлся ей во снах, пока она крышей не поплыла. Хлебушка просил, агась. Извёл, померла. Типа отомстил.
– Надо же, – удивлённо протянул Дарен, отступая от рубки мертвяков. – А в нашем мире такая же легенда есть.
– Да? – настала очередь Серёги удивляться. – А какие ещё?
– Серёга, харэ филонить! – я не выдержал. – Ты видишь, сколько ещё мертвецов?!
– Кто разрешал?? Доктор сказал в морг — значит в морг! Здоровья погибшим, агась, но не до такой же степени! Дарен! Ты же говорил, что у них только «фир» и «сумон». Откуда «некросы» взялись?
– Чего? – парень его не понял… и мне трудно его винить — даже я не понял, чего уж.
– Что за «ночь живых мертвецов» началась? – Админ не сдавался, хоть и от боя больше не отлынивал. – Пока полегче — можно бы и спросить с вас за такие приколы, агась! Откуда мертвецы полезли?
– А нам откуда знать? – возмутился Сэрим.
– Логично… – Борода добил последнего мертвеца и победоносно оглядел руины стены, заваленные изрубленными телами. – Ну что, черти, погнали в город?
Никто не спорил, но я всё же решил озвучить свои соображения:
– Ребят, а давайте пойдём как по музею? Тихо, молча, больше никого к себе не привлекая, а? Руками ничего не трогая лишний раз, опять же… Трупный яд, всё такое… Ну и по сторонам смотреть надо повнимательнее.
– Старче, перегибаешь с Капитанством, – проворчал Борода. – Тут не дети малые, все всё в курсе.
– Слушай, а можешь не звать меня «старче»?
– А я виноват, что самый молодой из одногодок? Вот появится кто хоть на день моложе — сразу передам эту привилегию ему. А пока что терпи, агась.
– Но мы-то моложе всё равно не станем…
– Тогда тем более терпи, старче! И не нуди. Ребят, а вы чего уши греете? Давайте, двинули! Минадас, ты как?
– Порядок. Идём.
В городе царил настоящий ужас.
И без того косые домишки были частично разрушены, некоторые из них охватило пламя. Те немногие, которые гореть не могли, пестрели выбитыми окнами и дверьми, а стены и полы в них были обильно залиты кровью. По узким улочкам праздно бродили неуспокоенные мертвецы, шаткими неловкими походками, а с горизонта словно бы пропала одна из башен.
