Все происходящие с ним сегодня многочисленные события, сопряженные с различного рода активным мыслительным процессом, который в его каждодневной жизни был ему не особо присущ, расслабили Андрея и притупили его бдительность. А потому, вероятно полагая, что он тут один, Урема абсолютно спокойно, словно на прогулке, вышагивал сейчас вдоль кромки лесополосы, полностью сконцентрировавшись на своих мыслях.
Его размышления, будто ушат холодной воды, прервал какой-то звук, доносящийся из-под расположенного неподалеку куста. Там явно кто-то был. Андрей инстинктивно съежился и, вжав голову в плечи, вскинул автомат наизготовку.
Из-за кустов, совершенно не прячась, вышел тот самый молодой парнишка, которого Урема оставил здесь охранять оружие.
– А где остальные? – делая вид, что он заметил его уже давно, громко спросил Андрей.
– Та всі вуха туди. Сховатися від сонця. А я переніс зброю сюди і чекаю на вас[29], – ответил он, показывая рукой куда-то вглубь лесополосы. Несмотря на то, что в детстве в деревне у бабушки ему приходилось общаться со сверстниками, говорящими на суржике, сейчас Уреме все-таки понадобилось какое-то время, чтобы понять и переварить услышанную информацию. А потому он, замерев на несколько секунд, молча смотрел на парня. Возможно, полагая, что чем-то нужно заполнить внезапно возникшую паузу, тот, разведя руками, добавил:
– Вони зовсім хотіли вже йти. Тому що вирішили, що ви вже не повернетеся[30].
В общих чертах поняв ситуацию, Андрей направился туда, куда показал ему молодой боец.
Пройдя буквально метров пятьдесят, по белеющим сквозь деревья и кустарник свежим бинтам он заметил остальных. Они вповалку лежали прямо на земле, на дне небольшой ложбинки. Тут и вправду было заметно прохладнее, чем у кромки лесополосы. От находящейся в тени земли веяло сыростью.
Заметив Урему, старик вскочил на ноги и поспешил к нему навстречу. Беспардонно забирая из рук Андрея бутылку с водой, о которой тот, пока шел, уже и забыл, он быстро и радостно затараторил:
– А мы думали уже, что вы не вернетесь. И хотели было даже идти дальше.
Мужики за его спиной, кряхтя и стеная, стали подниматься на ноги. Отряхиваясь и поднимая свои вещи, они, очевидно, приготовились идти туда, куда им скажут. Бутылка с водой, пройдя по рукам, моментально опустела.
Андрей постарался собраться и вновь принять грозный вид. Он сдвинул брови и начальственным тоном зычно произнес:
– Командир сказал два часа ждать! – и, немного подумав, для солидности чуть тише добавил: – Не до вас нам покамест.
С этими словами ему захотелось сейчас же взять и тоже уйти куда-нибудь, типа на выполнение того самого особо ответственного задания, из-за которого теперь всем «не до пленных». Но идти было некуда. И он, подумав, принял решение остаться на месте.
Опершись на довольно толстое для этих мест дерево с целью как-то скоротать время, Урема, вспомнив, что в его рюкзаке есть модный блокнот разведчика, а в разгрузке неубиваемая тактическая ручка, решил заняться бюрократическими делами. Ему казалось, что они, без сомнения, сейчас должны поднять его авторитет в глазах этих людей.
Достав блокнот и подозвав старика, он поставил ему задачу составить перепись личного состава.
Закончив список из восемнадцати фамилий, поставив напротив раненых пометку «300», они вместе со стариком и молодым приступили к составлению перечня трофейного оружия и боеприпасов. При этом Урема старался максимально часто выражаться по-военному, то и дело используя ранее услышанные им специфические термины и названия, значение которых он даже не особо и понимал. В его глазах это выглядело невероятно брутально.
С умным видом делая записи в своем блокноте и давая на ходу придуманные им наименования оружию, названия которого он не знал, Урема с видом заведующего складом фиксировал перекладываемые молодым парнишкой и стариком из одной кучки в другую стволы и боеприпасы. К его удивлению, тут оказалось в основном вооружение иностранного производства, которое ему до сего дня видеть еще не доводилось. Но вслух признаться в этом сейчас он был не готов, а потому вносил эти названия в свой список с видом заправского знатока и профессионала.
Закончив формальные вопросы, на которые, надо заметить, ушло много сил и времени, они вернулись к остальным.
С чувством полной готовности к встрече с начальством и к передаче пленных командованию Урема посмотрел на часы. И только теперь вдруг вспомнил, что за всеми этими «бухгалтерскими» делами он не только совсем забыл о своей основной задаче, ради которой вообще сюда и был определен, но еще и покинул место, откуда его должны были забрать Авиатор с ответственным.
