После этого мы стали похожи на зомби еще сильнее – вытянули руки вперед и с невнятным рычанием двинулись в сторону некроманта. Лично мной, как и любым порядочным зомби, в тот момент руководило только одно желание – сделать Свенсона себе подобным. То бишь извалять в грязи и заставить вдоволь наплаваться в болоте. Остановило нас только присутствие Эльзы, которая несмотря на появившийся над горизонтом краешек солнца еще не легла спать. Девушка мгновенно поняла наше настроение, и побежала топить лед на помывку, о чем громко сообщила, так что мы мгновенно забыли о стремлении покарать тролля за глумление над едва живыми товарищами. Как бы там ни было, мы были очень довольны проделанной работой, и ждали, что акция теперь пройдет без особых сложностей. Хотя могли уже и привыкнуть, что чем больше ты рассчитываешь на исполнение собственных планов, тем больше вероятность, что эти планы полетят ко всем демонам.
Вражеский обоз отправился только на четвертые сутки ожидания. К этому времени мы уже были полностью готовы. Часть гати шагов ста пятидесяти длиной была готова к обрушению. Упыри и покойники находились на положенных им местах, готовые выдернуть стопоры и сорвать веревки, удерживающие мостки на плаву. На расстоянии около сотни шагов от переправы были оборудованы лежки для диверсантов. С этим тоже пришлось повозиться – работали, естественно, ночью и в тишине, но на таком расстоянии все равно можно было выдать себя, так что дело двигалось ужасно медленно. Тогда, после работы над переправой, только ленивый не захотел позубоскалить над нашим видом – так вот, уже через пару дней все насмешники на своей шкуре прочувствовали, каково нам пришлось. Сейчас в этих лежках расположился почти весь отряд, за исключением десяти человек оставшихся в лагере. Был здесь и Свенсон, лежал в откопанной собственноручно ямке, выстланной побитой морозом болотной травой, и укрытый ей же. Осознание этого факта грело мою душу злорадством. Кроме всего прочего подготовили и разметили пути отхода – леди Игульфрид целую ночь намораживала из льда дорожки, чтобы можно было бежать, не опасаясь провалиться. Со стороны результат ее ворожбы не был заметен, так что пришлось еще ставить вешки. Дромехай замучился показывать и объяснять подчиненным, что и зачем было сделано – притащить весь отряд сразу было бы глупо, потому пришлось показывать для каждого отряда отдельно. В общем, работа была проделана титаническая, и каждый участник ей по праву гордился. Сама леди Игульфрид тоже была рядом, хотя мы с шефом пытались оставить ее в лагере. Неудачный получился разговор, после которого мы с ней впервые поссорились.
- Моя поддержка будет нужна вам! – Ответила девушка после того, как шеф, мимоходом заявил, что лейтенант Рагнвер остается на охране лагеря, а также готовится к приему раненых. – Здесь я все равно толком никак не помогу, раненых лечить я и на месте смогу, так будет для них гораздо лучше. Вы, капитан Охрунхай, это прекрасно осознаете, и просто хотите меня обезопасить. С вашей стороны так поступать низко. Я, кажется, никогда не давала повода сомневаться в своей надежности. Что касается приказов – я состою в тайной страже. Это хоть и военизированная, но гражданская организация, и, в случае, если командир отдает заведомо некомпетентный приказ, я имею право его оспорить. И если вы, господин Огрунхай еще раз себе такое позволите, я вовсе перестану вас уважать и считать другом и наставником.
Вот после этого просить ведьму остаться начал уже я. Стал объяснять, что нисколько не сомневаюсь в ее способностях, но мне действительно будет гораздо спокойнее… В общем, дал волю собственному страху, чего делать действительно не стоило. Хотя бы из уважения к своей женщине. Леди Игульфрид, конечно же жутко обиделась, высказала мне все, что обо мне думает, и отказалась разговаривать иначе как по делу. Свое обещание она выполняла до сих пор.
Спустя день, после того, как все было готово, мы смотрели на длинную колонну обоза, и понимали, что все наши труды были напрасны. Неудачу с предыдущим военные альянса явно запомнили и учли. Отличной и прочной дорогой, которую они проложили через болота, дело не ограничилось. Обычно обоз идет позади армии. Это логично. Противник у наступающей армии впереди, обоз – это то, без чего воевать не получается, или получается плохо, так что он и должен оставаться дальше всего от врага. В случае перехода через реки, горные перевалы, мосты, болота, и прочие «узкие» места, порядок движения может измениться. Армия делится на две части – передовой отряд защищает обоз от угрозы спереди, арьергард бережет от возможного нападения сзади.
