В тот день знакомства Березов почти все время молчал, Соколов же трещал без умолку. Он рассказывал о городе Калинине, о том, как часто ему приходится ездить в командировки, о том, что начальство в нем души не чает. Он так искренне и горячо убеждал Березова в том, что без него его руководство не смогло бы выполнять план, что, кажется, сам в это в конце концов поверил. Когда, допив бутылку, они уже собирались лечь спать, зазвонил междугородный телефон.
— Алле, — сказал Соколов, беря трубку. — Да, это я. Как дела, моя ласточка? — Он прикрыл мембрану рукой и, самодовольно улыбаясь, сказал Березову: — Жена делает ежедневную проверку, очень ревнует. — Да, да, дорогая, все в порядке, просто пришлось перейти в другой номер. Вчера я ужинал в ресторане с нужными людьми с завода. Сама понимаешь, без этого никак. Да нет, в тот раз я весь вечер сидел в номере, но звонок у меня телефонный не работал. Сам-то я звонил, но до меня дозвониться было, конечно, нельзя. И на заводе не могла добраться?! Так это естественно. Я там на одном месте никогда не сижу. Ну, будь здорова, дорогая! До скорого, целую.
Когда на следующее утро Березов проснулся, Соколов уже ушел на работу. Сергей позвонил администратору и выяснил, что в номере, из которого Соколов вчера переехал, телефон не чинился, по крайней мере, месяц. Правда, по дате несостоявшийся телефонный разговор Соколова с женой не имел к убийству Джалиева никакого отношения, но все же Березов подумал, что его сосед по номеру вполне мог создать себе алиби и на 18 декабря.
На заводе, на который Соколов приехал в командировку, Березов долго беседовал с начальником отдела кадров. Еще раньше с ним беседовала Майя Нису, так что в общих чертах тот представлял себе дело. По просьбе Сергея кадровик с помощью начальника отдела снабжения попытался восстановить день за днем всю таллинскую деятельность Соколова, разумеется, в рабочее время. Казалось, что Соколов каждый день своей командировки приходил на завод, но это нигде не фиксировалось, и утверждать что-либо категорически они не рискнули. Вообще у него, как у приезжего, был свободный распорядок дня. Иногда он приходил утром и находился на заводе до позднего вечера, иногда появлялся на работе в середине или конце дня и быстро уходил.
Не добившись от них ничего, Березов вернулся в гостиницу. Через полчаса в номер пришел Соколов. Опять были долгие разговоры, безудержное хвастовство, длинная совместная прогулка по Таллину, закончившаяся по предложению Соколова ужином в ресторане. За столиком вместе с ними сидела пожилая пара. Мужчина давно сделал заказ и очень нервничал, что так долго не несут.
— У меня скоро поезд, — жалобным голосом говорил он Березову, — а они все тянут.
Когда ему наконец принесли, он успокоился и начал разговор на отвлеченные темы. На разговор это, впрочем, было мало похоже, скорее на монолог. Пожилой мужчина, судя по всему, принадлежал к довольно распространенному типу людей, которые любят слушать только себя. Он очень расхваливал Таллин, таллинские кафе, магазины, жителей города, говорил, что в отличие от того места, где он живет с женой и двумя детьми, здесь невозможно встретить пьяных на улице и что единственная претензия к Таллину, впрочем, он сам в этом виноват, заключается в том, что около гостиницы «Виру» какой-то барыга всучил ему за бешеные деньги ондатровую шапку. Березова такой поворот в разговоре очень устраивал, он и сам собирался поговорить о спекуляции. Однако Соколов ничем не выдал себя, в нужных местах поддакивал, качал головой. Лицо его все время выражало неподдельное возмущение по поводу людей, наживающихся на честных гражданах.
На следующий день Березов позвонил из гостиницы Майе Нису.
— Пожалуй, Соколова следует допросить официально, — сказал он. — Кое-какие вопросы я уже заготовил. Вообще, как мне кажется, он хитрее, чем я думал, и ловить его на случайных промашках в разговоре — пустая трата времени.
— Хорошо, — сказала Майя, — я обдумаю, как это лучше сделать, и позвоню вам.
Но она не позвонила, а через некоторое время приехала сама. Девушка была очень взволнована.
— Товарищ майор, — крикнула она с порога, — похоже, что Соколов сбежал! Неужели он догадался о том, к кому его подселили?!
— Даже если так, — возразил Березов, — это еще не повод для бегства. Впрочем, при панике это бывает. Хотя непонятно, что его так напугало. А вы случайно не ошиблись?
— Вряд ли, — решительно сказала Майя Нису. — Он не явился на заводское совещание, которое организовали в отделе снабжения специально для него. Сейчас я снова проверю. — Прямо из номера гостиницы она позвонила в аэропорт. — Ну вот, — сказала девушка, положив трубку, — так я и думала, Соколов Александр Петрович взял билет на одиннадцатичасовой рейс Таллин — Москва. — Она посмотрела на часы. — Самолет уже в воздухе Что будем делать дальше?
