С ним согласились и, не откладывая принятого решения, заручившись согласием своих непосредственных начальников, в следующее же утро принялись воплощать его в жизнь. Работать решили при поддержке трёх десятков бойцов на двух бэтээрах. Первым командовал сам комбат, вторым – командир роты. Пещерин отобрал группу в четырнадцать милиционеров, оставив добровольца-повара и одного из помощников дежурного в ПОМе, а также ещё двоих на КПП. Велиев с неприязнью окинул взглядом пэпээсников, занимавших с важным видом места на броне. Неудавшаяся вчера зачистка с армейцами показала их полную бесполезность при отработке адресов. Несмотря на то, что прикрытия из солдат было и так достаточно, они и пальцем не шевелили, чтобы помочь работавшим в домах операм и участковым. По всему было видно, что сам начальник не торопился занять своих земляков общественно полезным трудом, и на замечание Глеба только пожал плечами и примирительно бросил:
– Пусть стоят. На солдат надежды мало, так хоть они прикроют если что.
Майор относительно последней фразы имел прямо противоположное мнение, но спорить с начальником тогда счёл нецелесообразным. Предчувствуя, что пэпээсники во главе с Прокудиным вновь прокатятся экскурсантами, он недовольно выругался и поспешил занять своё место рядом с комбатом. Заработали двигатели и оба «крокодила» двинулись к Гвардейскому. Там их появления явно никто не ожидал. Удивлённые жители при виде военных останавливались и сопровождали их взглядами. Несколько раз комбат приказывал водителю остановиться и спрашивал селян о названии той или иной улицы. И старики, и люди более молодого возраста, как один пожимали плечами и твердили, что никаких названий эти улицы никогда не имели. При очередной остановке тот же вопрос задали мальчику лет двенадцати. Не раздумывая, тот сразу ответил, что название улицы – Кирова, а следующий перекрёсток будет с улицей Восточной.
– Не спрашивай старого, а спрашивай малого, так ещё старые опера учили! – смеясь, прокричал Глеб Корнееву.
Оба тут же занесли полученные сведения в свои карты и бэтээры продолжили путь. У перекрёстка подполковник решил перепроверить слова мальчика и обратился к выглядывающей из ворот женщине.
– Скажите пожалуйста, как называется эта улица?
Чеченка окинула русских неприязненным взглядом и спросила:
– Зачем вам?
– Как зачем? – удивился комбат – С селом знакомимся, вот и записываем названия улиц.
– Я не скажу вам. – щткровенно заявила та – Сейчас я вам улицу назову с адресом, а завтра вы моего мужа приедете и заберёте.
На такую откровенность Корнеев не сразу нашёл, что ответить. Помолчав, он наконец как можно спокойнее произнёс:
– Так мы и сейчас забрать его можем.
Выдвинутый аргумент был весомым и женщина, подумав, наименование улицы всё же назвала. Мальчик не соврал, но никто больше с русскими на контакт не шёл, и Глеб предложил комбату:
– Заедем к главе администрации или его заместителю, иначе так до вечера без результата прокатаемся.
Подполковник согласился, и через десять минут они уже подъезжали к его дому. Глава администрации – высокий и дородный чеченец с добродушным лицом, большой ясности не привнёс. Он лишь объявил беседовавшим с ним Корнееву и Велиеву название улицы, на которой проживал сам, и ещё нескольких, расположенных рядом.
– В своём куяне я улицы знаю, – развёл он руками – а что дальше – подсказать не могу. Вы, не пересекая моста, вдоль реки на противоположную сторону села съездите. Там заместителя моего спросите, вам его дом каждый покажет.
Его совету последовали, но в указанном районе никто показывать дом заместителя не торопился. Видя, что дело «застопорилось», Глеб спрыгнул с брони на землю и прошёлся вдоль в миг опустевшей улицы. Навстречу ему шёл только мужчина одних с ним лет, одетый в какую-то не по размеру большую куртку из затёртой кожи. Поравнявшись с ним, опер поздоровался и спросил:
– Что это улица у вас словно вымерла?
– На похоронах все. – ответил прохожий, остановившись и внимательно рассматривая вопрошающего.
– На каких похоронах? – с видимым безразличием, словно для поддержания разговора поинтересовался Глеб.
– Там за рекой, далеко отсюда. В городе машина сбила, так теперь вся родня и те, кто знал его, помянуть идут. А ты что ищешь здесь?
– Тут где-то заместитель главы администрации проживать должен, познакомиться хотим. – как можно беззаботнее улыбнулся Глеб – Не знаешь, как его найти?
Чеченец объяснил, после чего внезапно махнул рукой в другую сторону.
– А там, за мостом, я живу. Заходи в гости. Как только в тот куян попадёшь, Андроника спроси, тебе каждый мой дом покажет.
– Андроника? – переспросил Велиев, озадаченный явно не мусульманским происхождением имени собеседника.
– Да, Андроника или Андрона. Это римское имя. Раньше меня Хароном звали, но вот уже полгода, как мне во сне глас свыше был. Он сказал, что раньше я одним из правителей древнего Рима был, и что теперь у меня своё предназначение есть.
– Тебе голос только об этом рассказывал или ещё о чём-то? – стараясь сохранить серьёзность в лице, поинтересовался майор.
