– Нет, не только об этом. Ты заходи ко мне, я расскажу тебе потом. А сейчас извини, на похороны тороплюсь.
Распрощавшись, незнакомец пошёл своим путём, а опер возвратился к бэтээру и, взобравшись на броню, сообщил комбату полученные сведения. Через две минуты они остановились у искомого адреса, и вдвоём вошли в просторный двор. Из дверей дома уже выходил приземистый мужчина лет пятидесяти. Он пригласил гостей в зал и приказал домашним приготовить чай.
– Мы на минутку. – остановил его Корнеев – С селом знакомимся, а с названием улиц напряжёнка выходит: никто не торопится называть. Может, Вы поможете?
Заместитель перевёл настороженный взгляд с комбата на опера и на некоторое время задумался. Затем он назвал ту улицу, на которой проживал сам, вспомнив также наименование ближайших к ней.
– Мы здесь, в селе, все друг друга и так знаем, нам названия улиц не нужны. Вы к секретарю съездите, он отсюда всего в двух кварталах живёт. Он может больше меня о селе вам рассказать.
Чеченца поблагодарили и, уточнив место жительства секретаря, оба возвратились к усеянным бойцами и милиционерами машинам. Снова заурчали двигатели и колонна, сопровождаемая любопытными взглядами выглядывающих из своих ворот обывателями, покинула улицу.
Секретарь незванных гостей принял радушно. Высокий, худощавого сложения, он встретил их во дворе и, пригласив в дом, тут же сказал жене, чтобы она накрыла стол.
– Мы ненадолго, – запротестовал комбат – Нам заместитель главы посоветовал к Вам обратиться. Говорит, что только Вы наименование улиц в селе помните.
– Помню. – согласился хозяин дома – Только не думаю, что после беседы с ним вы от меня что-то дополнительно узнаете, он ведь тоже коренной житель здесь.
– Коренные в селе почти все, – вступил в разговор опер – вот только не все информацией обладают. Должностных лиц много, а фактически все дела в Ваших руках сосредотачиваются. Кому, как не секретарю своё село знать!
Пожилой чеченец едва улыбнулся, прекрасно осознавая, к чему клонит второй собеседник, но отпираться не стал.
– Что ж, чем смогу – помогу. Я не боялся никогда никого и теперь, на старости лет, не намерен.
Хозяйка поставила на стол чай и домашнее печенье к нему и секретарь, подождав, когда гости отведают предложенного им хлеба, поднялся из-за стола и вышел из комнаты. Возвратился он со стопкой толстых журналов в руках. Мужчина аккуратно разложил их на краю стола и, перелистывая, задумчиво произнёс:
– За последние годы многое в селе поменялось. Кто-то уехал, кто-то наоборот, здесь поселился. Но в основном жители те же остались, а у меня в этих журналах на многих записи есть. Если вам нужен кто, вы мне сразу скажите – я подскажу.
Велиев переглянулся с Корнеевым, но имеющиеся у него данные бандитов оглашать не стал. Он ещё не знал, что именно из себя представляет этот чеченец в действительности, и «раскрывать карты» перед ним не торопился.
– Никого мы не ищем. – заверил он и напомнил – Нам бы с улицами разобраться, а то село обслуживаем, а названий их до сих пор не знаем.
– Это правильно. – одобрительно кивнул хозяин дома – Вы почаще появляйтесь здесь, чтобы всякие негодяи поменьше хозяйничали. Как надоели эти бандиты! Думают, что раз автомат в руки взяли, так всё дозволено теперь! Жизни сами и не видели ещё, а уже судьбы человеческие решать берутся! Какая вот разница: чеченец ты или русский? Все люди, все одинаково устроены. Я считаю, что в первую очередь надо не на национальность смотреть, а на самого человека. А сволочей, как и хороших людей, у любого народа хватает.
Секретарь замолчал и, перебирая журналы, стал внимательно перелистывать страницы.
– Карта села у меня была где-то, – пояснил он – не найду её что-то.
Он поискал её ещё, но она так и не нашлась.
– Может, вы нам по памяти улицы назовёте? – спросил опер, раскладывая на столе свою карту.
Чеченец склонился над ней и стал диктовать наименования, водя указательным пальцем по листу бумаги. Глеб тут же производил пометки, и вскоре большинство улиц были обозначены.
– Вы подождите ещё, я в других стопках пороюсь, должна же эта карта лежать где-то! – предложил хозяин, но майор запротестовал.
– Спасибо, но мы и так слишком долго задержались, как бы внимание боевиков к вам не привлекли.
– Мне всё равно! – без всякого бахвальства заметил мужчина – Никакой бандит мне не страшен, а они моё отношение к ним давно знают. Пусть они боятся лучше – если убьют меня, то среди моих родственников всегда найдётся, кому отомстить.
