– У второго рана серьёзная, никак в сознание не придёт. Санитар нам сказал, что кончается. Полчаса или час ему жить осталось.
Особист помолчал, затем скривил в усмешке губы:
– Ну что же, туда ему и дорога, ичкеру этому. Документов не было при них?
– Нет.
– А допрашиваемый сейчас чех как давно со вторым виделся?
– До допроса вместе они были. А здесь, у комбата, уже с полчаса наверное.
Илья кивнул и взялся за дверную ручку:
– Ну пошли что ли, продолжим…
Возвратившись, офицеры застали уже несколько изменённую картину. Перед забившимся в угол, поскуливающим Мусой возвышалась фигура комбата. Чуть в отдалении порывисто дышал командир взвода. Балакирев провёл широкой ладонью по багровой шее:
– Говори быстрее, тварь недобитая! На то, что прокуратуре тебя передадим – и не надейся. Я о тебе никому не сообщал, так что халява в этот раз не прокатит!
Муса, трясясь всем телом, рукавом вытер сочащуюся со скулы кровь.
– Хорошо, я скажу! С Магомедом были: Казбек, Али и Алхазур. Они все не наши – из Урус-Мартана. В село три дня назад сверху спустились, со стороны хребта. Больше ничего о них не знаю, клянусь!
– Ну а ты к ним как попал? – задал вопрос комбат.
– Они меня на окраине встретили. Веди, говорят, к себе. А потом автомат в руки дали и с собой идти заставили.
– Значит, не дошло до тебя! – снова стал надвигаться Балакирев – Убогого продолжаешь из себя корчить?
– Подожди комбат! – остановил его Илья.
Подойдя ближе к допрашиваемому, он заставил того встать и, хлопнув бандита рукой по плечу, приблизился вплотную. Затем, уперевшись глазами в глаза, внезапно усмехнулся:
– Ты, дружок, языком впустую молотить не спеши. Сейчас вторая группа с твоим напарником беседует. Так тот расклад выдаёт без умолку. До того жить ему охота. Мы сейчас вас двоих послушаем, а потом решать будем: кто из вас чего достоин.
Было видно, как Муса изменился в лице. Глазки – пуговки забегали под сдвинутыми на переносице густыми бровями. За спиной Ильи подал голос комбат:
– Скажешь правду – отпущу.
Чеченец склонил голову, пряча загоревшиеся злостью глаза:
– Я всё скажу. Правду теперь буду говорить! – наконец нарушил он затянувшееся молчание – Со мной взяли Яшуркаева Зелимхана, он через два дома от меня живёт. Фугас должны были Бабиев Вахид и Ибаев Адлан ставить. Прикрывать наш отход Мехтиев Ибрагим собирался. Все в нашем селе живут, недалеко от меня.
– Вот это уже к истине ближе. – поощрительно улыбнулся «Дракон» – А командиром кто у вас?
– Гадаев Султан. Но он не командир, а так, старший скорее. Он засаду на ваш бэтээр с ЗИЛом и организовал прошлый раз. Он был, Бабиев Вахид с братьями, Яшуркаев Зелимхан, Адлан с Ибрагимом и ещё трое.
– Да ты не стесняйся, всех называй – холодно глядя в глаза, подбодрил замолчавшего чеченца «Дракон».
Записав данные всех устроивших засаду бандитов, он задал следующий вопрос:
– А что же мало так желающих пострелять было? Что, не нашлось больше мужчин в селе?
– И больше вышло бы, да денег мало поступило. Султан решил, что и таким количеством обойдёмся.
– А всего сколько ваших здесь?
Бандит на несколько секунд задумался.
– В отряде – двадцать шесть, но есть ещё с десяток. Эти – рустамовские. У него люди ещё по ближайшим сёлам разбросаны…
– А вы чьи будете? – перебил говорившего Илья.
Муса запнулся, но тут же набрал в грудь побольше воздуха:
– У нас Абу – Бакар командир. Но он не здесь сейчас, в горах.
– Сколько человек под его началом? – продолжил допрос Илья, но уловив замешательство в глазах собеседника, поправился: – Сколько человек всего у Абу – Бакара, спрашиваю?
– Всего около шестидесяти. Они тоже в разных сёлах живут, но большинство местных.
Допрос продлился ещё около часа. Закончив, «Дракон» обвёл взглядом окружающих. Отойдя в сторону, коротко произнёс:
– У меня – всё.
Капитан Данилов хмуро посмотрел на бандита.
– Ты сам позавчера в наших стрелял?
Чеченец закусил губу и вновь опустил голову. Но отвечать всё же приходилось. Глубоко вздохнув, выдавил:
– Стрелял.
– А пацанов наших кто поджигал?
– С окраины бабы. Они как услышали, что стрельба закончилась, так решили, что солдаты перебиты все. Выбежали. А потом увидели, что у БТРа ещё лежат ваши с автоматами в руках, и обратно вернулись.
– Что же ты, паскуда, умалчиваешь, как они раненого нашего и убитых тела бензином палили?! – перешёл на крик поднявшийся со своего места Данилов – Небось и твои там тоже участвовали?
– Нет, – затрясся всем телом Муса – не было их там! Все мои дома сидели… – и, повернув голову к Балакиреву, всхлипнул:
– Отпусти меня, командир! Я по первой просьбе вернусь, когда скажешь только…
