– Так что с ватрушками случилось? Это нам завтра надо ещё успеть новые купить?
– Торчишь нам ватрушки, – угрожающе говорит Платон Яру и обращается ко мне, чтобы объяснить, что же случилось: – Он их надул под завязку, на морозе, а в тёплом гараже воздух внутри расширился, их раздуло и бах!
– Так надо было на улице хранить, – фыркает Яр.
– За окно вывесить? – усмехается Платон.
– Что же всё так долго? Во сколько начало? Я хотела пораньше домой уехать, – снова начинаю нервничать.
Та тревожность, которую победил Платон за пыльной портьерой снова начинает проявлять себя, да и затылком чувствую прожигающий взгляд зелёных глаз.
– Ну, – произносит Платон, глядя на меня с обидой и когда до меня не доходит по какой причине эта обда, он добавляет: – Ты хотела сказать хотели? Мы останемся до самого завершения вечера, – он бросает короткий взгляд в сторону Белова и вздёргивает подбородок.
– Но дома дети одни, – возражаю я, хотя спорить с мужем бесполезно.
Что-то вбил в голову, и всё. Не оступится. Проще молча улизнуть и ждать дома расправы.
– Ничего, они уже взрослые, самостоятельные, – с нескрываемой гордостью произносит Платон.
– У нас Туся дома тоже сама, одна дома, снежинки клепает, – поддакивает Платону Дашка.
Подруга называется. Нет бы поддержать меня.
– И мы домой поедем через час, – с нажимом говорит Яр Дарье, взглянув на циферблат часов моего мужа.
– А вы на машине? – уточняю я, забыв, что если и улизнуть с мероприятия, то только втайне.
– А тебе зачем? – хмурится Платон.
– Да, – отвечает на мой вопрос Дарья.
– Просто спросила, они могли бы нас подвезти.
Наш разговор наперебой и намечающийся спор прерывает шуршание микрофона, ведущий корпоратива берёт слово, просит всех усесться наконец-то и поднять фужеры, чтобы с ходу выпить за итоги уходящего года.
Дарья с Яром вместе с нами поднимают бокалы, к нам присоединяются ещё несколько человек из руководящего состава фирмы, и мы все дружно чокаемся, поздравляя друг друга с наступающим.
В момент, когда Платон отвлекается на разговор с Марком Игоревичем, одним из акционеров, на моё плечо ложится рука.
Горячая и такая цепкая, словно сам дьявол из преисподней схватился за меня.
– С наступающим, Ульяна. Я уверен, следующий год для тебя будет особенным, – негромко и до паршивого угрожающе тянет над моим ухом Белов.
Я резко оборачиваюсь в попытке скинуть с себя цепкую руку, которой на моём плече уже нет, осталось лишь ощущение железной хватки. И Белова рядом нет, а я смотрю ему в спину, вижу, как он уверенной походкой уходит из зала.
Получасом позже я понимаю, что он ушёл совсем, а не просто отходил, и это значит, что Белов явился сюда лишь для этой фразы.
Всё время после ухода Белова мне не по себе. Я всё чаще смотрю на время и уже достала дочь звонками. Не могу успокоиться, таких тревог со мной не случалось с тех пор, как я была беременна Асей. Её обвитие пуповиной до самых родов потрепало нам нервы.
– Платон, поехали домой? – прошу мужа, когда Дашка уводит Яра потанцевать последний танец перед уходом.
– Нет, я же сказал, что будем здесь до конца. Я не могу сейчас уйти, – спорит муж и сжимает мою руку.
– Оставайся, а я тогда домой уеду. Меня Даша с Яром подкинут.
– Нет. Мы останемся здесь, ешь свои любимые конфеты и не спорь со мной. Ведёшь себя сегодня весь день словно капризная девчонка, – ругается Платон, ссыпая мне на колени с десяток конфет, что влезли в его руку.
– Просто я хочу домой, – говорю себе под нос, не вступаю в спор с мужем.
Когда Даша с Яром подходят попрощаться, я увязываюсь за ними якобы проводить. Платон, попрощавшись с нашими друзьями, остаётся в зале и это становится решающим в моём желании сбежать с этого дурацкого корпоратива. Вместе с Дашей я протягиваю дрожащей рукой свой номерок гардеробщику.
– Ты с нами? – удивляется подруга.
– Да. Подбросите?
– Конечно, – радостно соглашается подруга, довольная дополнительным десяти минутам вместе.
– И Платон тебя одну отпустил? – интересуется Кольцов, помогая Дарье одеться.
– Да. Я его уговорила, – беспечно вру друзьям, зная, что нашего разговора с Платоном они не слышали.
– Ладно, поехали скорей, а то Туся у нас дома одна, – переживая торопит нас Яр, что мне так же на руку.
Одеваемся и выходим из ресторана, садимся в тёплый салон прогретой машины и уезжаем. Лишь проехав несколько улиц, я пишу мужу сообщение, что поехала домой, по причине плохого самочувствия. Про последнее не вру, правда что-то мутит. Наверняка это от нервов. Ведь особо поесть я на корпоративе не успела. Я вижу, что сообщение прочитано, но муж не отвечает. Обиделся или злится. Ну и ладно!
– А Белов каким стал, – замечает Дашка, явно нацелившись перемыть ему кости.
– Слепым кротом, – усмехаюсь я, хотя мне не до смеха.
Я целый год боялась, что Белов нагадит мне, когда у него ничего не было, а теперь он при деньгах и может выкинуть что угодно. Ещё эта его угрожающая фраза про мой новый год...
– Чем он интересно занимается? – Как бы в воздух вопрошает Дарья, но ответ есть на этот вопрос неожиданно у Яра.
