Остаток пути Ева напряжённо молчит. Её брови нахмурены. Между ними пролегла задумчивая морщинка. И она словно ничего вокруг не видит.
Я паркуюсь возле частной клиники, в которой работает мой брат. Глушу машину. Отстёгиваюсь сам и щёлкаю по ремню безопасности Евы.
– Подожди, Максим, – останавливает меня девушка, увидев, что мы уже на месте. – Прежде чем пойдём туда, мне нужно задать тебе один весьма странный вопрос.
Я откидываюсь на спинку кресла.
– Задавай.
– Это очень-очень странный вопрос, – предупреждает она с натянутой улыбкой.
– Я готов.
На самом деле – нет.
Ощущение такое, что сейчас мир к чертям рухнет.
– Ты что-нибудь знаешь о гипнозе? – тихо произносит Ева.
– Нет. А что именно тебя интересует?
– Стирание памяти, – ещё тише выдыхает она.
– Почему тебя это интересует? – спрашиваю натянутым, будто чужим голосом.
Гипноз! Она спрашивает меня про грёбаный гипноз!
– Мне кажется, что со мной случилось нечто подобное, – смущённо произносит Ева. – Словно кто-то стёр мне память. Возможно, с моего согласия... Сейчас ты решишь, что я сумасшедшая.
Прячет лицо в ладонях, закрываясь от меня.
– Нет... – мой голос хрипнет. Прокашливаюсь. – Я не буду считать тебя сумасшедшей. А кто, по-твоему, мог стереть тебе память?
Мы с братом точно ничего подобного не делали. Но ведь Ева действительно не помнит меня. Даже тактильно не помнит.
– Не знаю, – она пожимает плечами. – Ладно, забудь, – успокаивающе махнув рукой, собирается открыть дверь.
– Нет, подожди, – я ловлю её за руку. Переплетаю наши пальцы. – Поделись со мной. Пожалуйста, Ева. Я же вижу, что тебя что-то беспокоит.
– Ты прав, беспокоит. Мои воспоминания, – она внимательно разглядывает наши сплетённые пальцы. – Я вижу странные картинки. Они словно воссоздаются из прошлого, которое я забыла.
– И что было в том прошлом?
Кажется, она раздумывает над тем, говорить мне или нет. Её можно понять – тема деликатная. И мы ещё так мало знакомы.
– Я пока не разобралась в этих воспоминаниях, – наконец отзывается Ева. – Осталось совсем чуть-чуть, чтобы разложить всё по полочкам.
– Когда разложишь, расскажешь мне?
– Расскажу, – отвечает она.
Сейчас я почти уверен, что Ева лукавит. Наверняка она не доверяет мне настолько, чтобы рассказать о похищении. И это объяснимо.
Между нами повисает напряжённое молчание.
– Что ж... пойдём? – пытаюсь говорить расслабленно.
Она кивает. Мы покидаем машину. Проливной дождь сменился лёгкой моросью, и я не беру зонт из багажника. Взяв Еву за руку, веду её ко входу в клинику.
Мой брат – настоящий трудоголик, поэтому ни минуты не сомневаюсь, что он на месте.
– Посидишь здесь минутку, ладно? – надавив на хрупкие плечи девушки, вынуждаю её остаться в холле на кожаном диване. – Я сейчас найду брата и вернусь.
– Максим, – Ева хватает меня за руку. Судорожно сжимает и шепчет, глядя в глаза: – Спасибо тебе.
Чёрт... Было бы за что!
В голове крепко засела мысль, что происходящее – моя вина. Поэтому всё, что угодно, но только не «спасибо» должна говорить мне Ева.
С нежностью провожу подушечками пальцев по её щеке. Прикасаюсь губами к её губам. А потом отрываюсь от девушки и быстро направляюсь к лестнице, приветственно кивнув администратору на ресепшене.
На втором этаже стучусь в кабинет брата и сразу прохожу внутрь.
Жека в этот момент снимает свой халат и вешает на спинку кресла. Удивлённо взирает на меня, когда я приближаюсь и беру его халат в руки.
– Нет, пока не время идти домой. Поэтому надень, – практически требую я.
Его удивлённый взгляд становится напряжённым.
– Что происходит, Макс?
Как и всегда, говорит строго. Привык быть нам с Киром отцом, а не братом.
– Я привёз к тебе девушку, которая очень нуждается в твоей квалифицированной помощи.
Продолжаю протягивать ему халат, и Жека всё-таки снова берёт его в руки.
– Макс, мы не виделись почти месяц. А теперь ты являешься ко мне с какой-то девушкой?
– Она не просто какая-то девушка! – мой голос звенит от напряжения. – Брат, пожалуйста!
– Так, ладно, – Жека резко встряхивает халат и надевает его. – Тогда кто она?
Мы сканируем друг друга тяжёлыми взглядами, и я признаюсь:
– Она... та самая девушка. Ева.
