Как и в случае со Второй мировой, в последнее время вóйны тоже развязываются при помощи сфабрикованных инцидентов. Мы быстро оказываемся на политическом минном поле. Здесь нужно указать на инцидент в Тонкинском заливе, который привел к эскалации войны во Вьетнаме, а также заявления, будто Ирак располагает оружием массового поражения, использованные для оправдания вторжения в страну.
Как же со всем этим быть? Может, мы и в самом деле живем в эпоху постправды? Как различать ложные сообщения? Это не сборник советов по самопомощи, но все же я выскажу несколько соображений. Мы всегда в состоянии отделить истину от лжи. Интернет – это и ловушка, и в то же время полезный инструмент, так что вопрос в том, как мы его используем. Мы должны перестроить свое критическое мышление.
Когда в 1930-х годах буйным цветом расцвело радио, еще были возможны передачи в духе «Войны миров» двадцатидвухлетнего гения Орсона Уэллса. Во время радиотрансляции сообщалось, что инопланетяне внезапно напали на США, и по радио начинались лихорадочные репортажи из разных мест – разумеется, инсценированные Уэллсом. Тысячи испуганных американцев в своих автомобилях бросились прочь из городов, чтобы укрыться в деревнях. Радио было сравнительно новым СМИ. Сегодня такую «Войну миров» уже не устроишь: наши представления о радио стали более зрелыми и реалистическими.
То же самое и с фотографией – когда это изобретение было сравнительно юным, то и дело появлялись неуклюжие фальшивки с изображениями эльфов и духов, что достигалось просто-напросто наложением кадров. Тем не менее Артур Конан Дойл, создатель Шерлока Холмса, верил в подлинность этих снимков. Сегодня же подделку распознает и школьник. Конан Дойл был не только писателем, который интересовался паранормальными явлениями, принимал участие в спиритических сеансах, а также состоял в масонской ложе. Он имел медицинское образование и не был каким-то там фантазером. Он выступал вратарем за футбольную команду (под псевдонимом), занимался боксом, играл в крикет и был одним из тех заядлых лыжников, которые оставались в Швейцарии на всю зиму. Есть сообщение о том, что однажды Конан Дойл поучаствовал в шоу фокусника и мастера побегов Гарри Гудини, который настойчиво уверял писателя, что всё в его представлении – сплошные трюки, однако тот упрямо верил в сверхъестественные способности иллюзиониста.
Мы стали взрослее относиться к радио и фотографии. Теперь пришла очередь интернета. Сегодня бóльшую часть знаний о мире мы получаем из Сети и приложений, установленных на наших смартфонах. Это новая территория. Во время монтажа одного из моих фильмов в Лос-Анджелесе девушка-редактор каждое утро приносила нам свежий кофе и круассаны, но однажды не смогла нас найти, потому что ее система GPS сломалась. Маршрут был прост: пять светофоров прямо, затем поворот налево и сразу направо на следующем перекрестке. Но она никогда не разглядывала жилые дома, магазинчики, сетку улиц и потому заблудилась.
Как много мы будем делегировать? Сколько самостоятельности мы готовы уступить? Вопрос в том, хотим ли мы перестать думать и мечтать. Как мы будем защищать себя? Можем ли мы вообще себя защитить? Как и в мире до появления интернета, у нас есть возможность обращаться к различным источникам, а с интернетом это можно сделать гораздо быстрее, ведь уже не нужно идти в библиотеку. Нам не обязательно все перепроверять, когда СМИ сообщают об авиакатастрофе в Непале, но мы должны взять за правило обращаться к самым разным источникам, когда происходят важные политические события.
Новость, которую сообщает CNN, на арабском канале Al Jazeera предстает совершенно в другом свете. Всего за несколько кликов можно найти полную стенограмму речи какого-либо политика или папы римского. Всего за несколько секунд можно определить, что серия фотографий американского экс-президента, которого полиция будто бы уводит в наручниках, – фальшивка. Вместо того чтобы навечно замыкаться в пузыре собственных предпочтений и предрассудков, полезно прислушаться к другим голосам. С интернетом, как и со всей прессой в целом, всегда нужно обращаться с осторожностью – со всеми источниками без исключения. Такое отношение должно стать нашим первым рефлексом. Как всегда, еще со времен Древнего Рима, было принято в уголовном правосудии, в отношении обвиняемого должна действовать презумпция невиновности. Это великое достояние нашей цивилизации. Но если речь идет об интернете, автоматически и без усилий должно предполагаться обратное: презумпция виновности, то есть недоверие, предположение, что перед нами манипуляция, пропаганда и ложь. Мне кажется, это единственный способ оградить себя от фейк-ньюс. Возможно, это прозвучит пессимистично, но я не вижу другой альтернативы.
