— И что, док, по-твоему, надо раздробить государства и мегаполисы на городки вроде Тьонвиля, чтобы вернуться в расчудесное человеческое средневековье?
— …С кострами инквизиции для цветомузыки, — ехидно добавила Жаки Рюэ.
— Диалектика, — спокойно ответил психоаналитик. — Общество развивается по спирали. Неолитическая Аграрная революция сто веков назад диктовала первую урбанизацию. Возникли рабовладельческие империи Древнего Востока. Эта схема достигла своего предела и была уничтожена Античной Транспортной революцией. Вот так возникли автономные города-полисы Эллады. Можно далее идти по виткам спирали, и каждый новый виток повторит предыдущий на более высоком уровне. Серия индустриальных революций, или революций модерна, создала урбанизацию, которая достигла предела. Новый виток — революция трансмодерна — уничтожит ее.
— Гм… — отозвался Штеллен, — я знаю модерн и постмодерн, но трансмодерн?
— Это идея Яна Хуберта, — пояснил Эбо. — Помнишь, я говорил про альпиниста, который провалился в расщелину субмодерна на пути от модерна к постмодерну.
— Да, док, и что?
— Если вкратце, то трансмодерн это своего рода лебедка, применив которую, альпинист выберется из расщелины на другой стороне, где постмодерн и путь к панмодерну.
— Ладно, — сказал полковник. — А куда, по мнению Хуберта, денутся мегаполисы?
Юхан Эбо небрежно махнул рукой и улыбнулся.
— Это задолго до Яна объяснил Клиффорд Саймак, в НФ-романе «Город», 1952 год. По существу, Саймак в начале этого романа лишь пересказал прогнозы. Вполне логичные прогнозы результатов НТР на ближайшие полвека. Развитие персональной авиации в транспорте, атомной энергии и робототехники в индустрии и гидропоники в аграрной отрасли превратит город в анахронизм. Люди просто разъедутся, предпочитая более простую, психофизически более здоровую жизнь в постиндустриальных поселках. В реальности так случилось с городами при упавших концернах. Но затем бюрократия приняла меры к сохранению власти. Великое административное торможение НТР. У Саймака избавление от мегаполисов и мега-государств — это счастливое событие для человечества. Ведь мегаструктура исчерпала себя и стала нужна лишь бюрократии.
— Теория заговора! — припечатал Штеллен.
— Вальтер, — мягко произнес психоаналитик, — я соглашусь с тобой, если ты приведешь сейчас хоть один пример материального прогресса в XXI веке для любых машин или потребительских вещей, кроме явно избыточных цифровых гаджетов и их сетей.
— Электромобили! — вмешался Тарен. — Они появились в продаже только в XXI веке!
Психоаналитик снова махнул рукой, улыбнулся и посмотрел на Жаки Рюэ.
— Солнышко, давай я сделаю мой фирменный салат для распития этих замечательных бутылок местного вина, принесенных Вальтером и Полем. А ты покажешь им историю электромобилей до 1920 года. Это будет интересный психологический эксперимент.
— Будет, — ответила она, — если эта информация не пропала в сети при теракте.
— Что ты, солнышко, пропал только мусор. 90 процентов всей информации в сети — это реклама и бюрократические базы, а 10 процентов — видеоблоги о цветочках и котиках.
— Это уже 100 процентов, — заметила она.
— Да. Ведь доля актуальной информации ниже передела статистической погрешности. Другое дело, что актуальная информация уже давно не пропадает с такой легкостью.
— Проверим! — объявила Рюэ, подвинула к себе ноутбук, и… Через минуту нашла в блогосфере короткий фильм: история электромобилей.
