Высоко, над Атлантическим океаном на восток летел самолёт. В его салоне оббитом красным деревом и обставленном кожаной мебелью, была роскошная двуспальная кровать. Человек, одетый в дорогой серый костюм с алмазными запонками на манжетах и лакированные штиблеты, положив ноги на деревянный стол, дремал, ожидая важного телефонного звонка, то тех, к кому он летел. Руку украшали эксклюзивные швейцарские часы за стоимость которых, можно неделю кормить всех детей какой-нибудь африканской республики. Внешне он был похож на пожилого добермана. Деньги для этого человека уже ничего не значили. Ведь он был тот, кто решал, сколько, и у кого будет этих денег. Набрать на клавиатуре своего компьютера абсолютно любую сумму, нажать кнопку и погрузить целую страну в неоплатный долг, не было для него проблемой. Это был человек, с неограниченными возможностями, выбранный на эту должность на собрании самых могущественных финансовых, а по сути бандитских кланов Земли. Денег на планете было ровно столько, сколько они считали нужным. Для них, это давно уже было не богатство, а более ценное — рычаг управления всем человечеством. И они рьяно охраняли свой олимп, уничтожая любого, осмелившегося поднять голову без их ведома. Им должен весь мир. Должен, несуществующих денег. Взамен они получают настоящее богатство, власть и ресурсы. Причём не только геологические, но и социальные. Все это знают, но ничего не могут поделать, когда они приходят и стучатся в дверь практически любого государства. Вот и сейчас, Мистер направлялся побеседовать с представителями его интересов, и узнать почему ситуация выходит из под их контроля.
Мистеру тоже снился сон, ведь он такой же смертный, как и все люди. В огромном зале из нефрита стоял трон, на нём восседал человек в чёрной мантии с огромным медальоном из драгоценных камней на шее. На полу перед ним в два ряда стояли люди. Одни с протянутой рукой, кто справа. Прося ещё в долг. Другие, кто слева, на коленях, прося пощады за непослушание. Это были не простые люди. Это были президенты государств, банков и корпораций, все те, кто был на пике человеческого успеха. Между ними стоял огромный пень, с воткнутым в него топором, и корзиной под головы. Они понимали, что все туда положат свои головы, другого выхода из этого зала попросту нет. Несчастные были настроены служить до последнего, что бы хоть как-то оказаться полезными владыке, и отсрочить свою казнь. У человека на троне, в руке была изящная золотая трость. Он поднял и указал ей на одного из просящего помилования человека в дорогих африканских одеждах. Скорее всего, это какой-то банкир, занимавшийся финансовыми операциями в трансконтинентальных масштабах, со своими заокеанскими партнёрами, и в какой-то момент, решивший, что что-то решает в своей стране. Тут же рядом стоящие люди, вскочили с колен, и поволокли его к плахе. Двое в деловых строгих костюмах, закрутили его руки за спиной, и положили грудью на пень, а третий взял топор. Он замахнулся, внимательно смотря на палец правой руки, восседавшего на троне человека. Несчастный хрипел, придушенный натянутой одеждой на шее и елозил ногами по скользкому зелёному полу. С нарастающей силой, зал начал наполняться телефонным звоном, который эхом летал по пустому помещению. Он стал таким громким и давящим, что всех присутствующих начало давить к полу. Люди невольно закрывали уши ладонями. Топор в руках палача-добровольца задрожал, и со звоном упал на каменный пол. Мистер проснулся. На столике заливался телефон. Убрав ноги со стола, он привстал в глубоком, мягком, кожаном кресле, протянул руку, и поднял телефонную трубку из белой слоновой кости. Поднеся её к уху, коротко сказал: «Слушаю». В ответ полилась взволнованная речь. Услышав то, что его интересует, он прервал человека на другом конце провода фразой: «К утру жду результата». И тут же положил телефонную трубку, не обращая никакого внимания на то, что его собеседник ещё продолжал разговор. Мистер медленно встал, и проследовал в спальню, продолжить свой сон, не обратив внимания на иллюминатор, в котором пылала бордовая заря на востоке.
Булат принимал утренний контрастный душ. Лукон, на кухне жарил яичницу с молочными сосисками, которые он нарезал маленькими кусочками. Выйдя из ванной комнаты, человек пошёл в спальню, собираться на предстоящие подвиги. Лукон, разложив завтрак по тарелкам, отправился за ним.
— Ты есть будешь?
— Конечно буду.
— Ну тогда, пошли.
С завтраком, они разобрались быстро, отсутствие кухонного стола, не стало помехой. Поставив тарелки в раковину, чёрт взял крепко заваренный кофе, а Булат черный чай. Отпив глоток горячего чаю, Булат обратился к своему приятелю, который с закрытыми глазами вдыхал аромат, исходящий из его кружки: «Лукон! Стоя в душе, я подумал, а где мы будем искать этого, твоего грешника». Открыв глаза и подняв голову, чёрт ответил: «Как где, там где больше всего грехов».
— Это где?
— На войне.
— Шутишь?
— Я никогда не шучу!
— Так что, самолетом?
