— Да всё!
— Ну тогда давай, нам собираться надо.
— Так вы ещё дома?
— Да дома.
— Понятно. Ладно, смотрите там аккуратней.
— Ой, успокойся!
После этих слов, в трубке раздались длинные гудки. Досада, от которой он так ловко уходил и ставил ей блоки, сейчас попала ему в самый центр груди, сдавив сердце. Действительно ли он настолько безразличен своей супруге, или она просто с лихвой переигрывает, показывает свою независимость и таким образом постоянную недосягаемость и непокорность, чтобы не утратить для него интерес. Ответа на этот вопрос, у него не было. Но настроение сегодня, испортилось окончательно.
Наши герои уже двигались по Новорязанскому шоссе, Октябрьский и Бронницы были позади, пассажир поневоле, немного привстал и поглядывал в окошко, гадая куда его везут. Минуя Коломну, по объездной, они пересекли реку Оку, и продолжили свой путь, сквозь осенние пейзажи. Слева и справа от дороги, раскинулись прекрасные по своей цветовой текстуре рощи. Каждое дерево имело свой собственный цвет, который подчёркивал общее разнообразие. Затем их взор привлекло огромное поле, скорее всего это было пастбище. Если на его противоположном краю, тонкой чёрной полоской, не стоял лес, то можно было бы предположить, что перед ними степь. Далее их взору, предстал маленький посёлок, в котором, скорее всего, жили одни священнослужители. Концентрация церквей просто поражала. На километр дороги, их оказалось пять штук. Выехав из святого селения, Морозов прибавил газу. Дорога лежала ровнее струны. Ещё немного и они оказались в Рязанской области. А вскоре, и на самом веъзде, в славный город Рязань. О чём всем путникам возвещала огромная белая стела, с тремя куполами, по типу церковных. Город был очень красивым. Люди уже не бежали по тротуарам сломя голову, как москвичи. Они спокойным размеренным шагом, шли по узким улочкам старинного города. Проехав через весь центр, путники вывернули на северную окружную дорогу, и на Муромской развязке, свернули на северо-восток. Их путь уже продолжался, по меньшей мере, около трех часов. Майор Жуков, не отставал. Он вцепился в них, всей своей сыскной хваткой, и был намерен додавить вопрос до конца. Как далеко бы он не зашёл. Умыковский понимал, что его увозят очень далеко от Москвы. Он лишь видел в окно, что они вновь пересекли реку Оку, а затем и вовсе с трассы свернули на право, поля закончились, и они въехали в молодой хвойный лес. У Кирилла Викторовича, случился легкий припадок, схватившись руками за подголовник переднего пассажирского сиденья, он завопил: «Ну куда, куда вы меня везёте? Убить хотите? Сволочи! Я же всё отдал этому идиоту! Вы, что хотите меня вывезти подальше и прибить!?» Булат обернулся к невольному пассажиру, и сказал: «Если бы я, хотел тебя прибить, то выкинул бы, в окно ещё у тебя в кабинете». После этих слов, Булат правой рукой, поставил Умыковскому звонкий щелбан в лоб. Тот вскрикнул, схватился обеими руками за голову, сжался в калачик и захныкал как ребёнок. А потом и вовсе затих.
Дорога была малопроезжей, но все ещё асфальтной, навстречу проскочил всего один автомобиль, УАЗ буханка. Лес становился дремучим, огромные сосны, местами напускали свои кроны над проезжей частью. Просеки отходившие от дороги, были разбиты лесозаготовительной техникой, по краям которых, лежали огромные штабеля леса. Казалось что всё, больше ни каких населенных пунктов не будет. Но вдруг, неожиданно для путников, слева промелькнул посёлок, затем опять дебри, и табличка с названием населенного пункта, Деулино. Лес расступился, и перед ними предстал совсем небольшой населенный пункт, который уходил вправо, и видимо растягивался вдоль реки. Но туда им ехать было незачем. Булат остановился на перекрестке. Лукон достал из кармана тот серебристый прибор, посмотрел на него и сказал: «Давай налево, ещё километров двадцать». Булат нажал на газ, мощный внедорожник басисто рыкнул как лев, и они продолжили свой путь. Лес по обе стороны дороги был вековым. Дорога стала похуже.
