— Тебя заинтересовал этот раб — расхохотался Астарх. — За этого дохляка я отдал в прошлом году в Византе пол мины. Он большего не стоит. Какой из него слуга, тем более — защитник. Рассмешил ты меня врач. — Архон не ответил на язвительность торговца, а подозвал своего слугу — высокого и молчаливого скифа. — Скол, возьми мой кубок и рыбу и дай парню. Пусть поест. — Астарх ещё больше развеселился. — Ты даёшь рабу пить из серебряного кубка? Клянусь Зевсом, такого случая мне не доводилось видеть кхе-хе-хе.
Раб жадно схватил кубок и лепёшку с рыбой, но к немалому удивлению торговца, неторопливо съел и запил вином пищу. Потом юноша слегка поклонился в знак благодарности, и, выпрямившись, застыл и стал непроницаем и молчалив, словно ночь без светил. Торговец в изумлении почесал затылок. — Ты обманул меня раб. Бедные не могут так кушать. Кто ты?
Архон тем временем вынул из кармана «золотой» Александра и протянул купцу. — Здесь шесть мин… По рукам, Астарх?
Тоговец — есть торговец. Скрыв удивление и повертев монету, попробовав на зуб, и вернул обратно. — Я не возьму Архон. Ты хорошо оплатил своё пребывание на моём судне. Заберёшь моего раба в Пантикапее, но, ответь — ты уверен, что он воин? — Архон промолчал, а гребец, вздрогнул, но остался недвижим. — Фракиец, — позвал раба Архон. Тот вздрогнул. — Мне нужен такой воин как ты. Если ты хорошо будешь охранять меня, — к зиме я отпущу тебя домой. Ты можешь владеть оружием, я знаю, — и не спрашивая ответа, повторил: — можешь, я знаю. — К изумлению Астарха раб горячо вскричал: — дай мне копьё, меч или нож и узнаешь! В моём племени я был не последним воином. Меч, — дайте меч — раб внезапно умолк, а Архон поманил его пальцем…
— А луком ты владеешь, фракиец, а сколе? — на палубе воцарилась глубокая тишина. Гребцы, прислушиваясь к разговору, стали тише опускать вёсла. Ментос, ночью «подаривший» рабу два удара плетью открыл рот, а старший охранник Астарха, бывший воин Александра, рассмеялся. — Какой из него воин. Я этого раба положу без оружия — голыми руками. Он и палку держать не сможет. Ха! Воин, какой из него воин? Ха-ха.
— Я — воин, а не тот, кто ходит без кожаной обуви, — зарычал неожиданно гребец-раб и стиснул губы.
— Ого! — не сдержался Астарх.
— Ты не ответил на мой вопрос, фракиец, — повторил Архон — отвечай и не лязгай зубами как скифская лошадь. — На палубе захохотали, а Архон повторил вопрос. Фракиец распрямился: — Луком я владею, но хуже, чем скифы — парень кивнул в сторону слуги грека.
— Астарх, мой господин, я ведь не всегда был рабом. Я — фракиец и воин, — сказал он с гордо поднятой головой. — Хорошо — ответил Архон. — Если твой хозяин не станет возражать, скрестишь меч с моим слугой — скифом?
— Я готов скрестить меч с любым воином на этом судне — бесстрастно ответил Фракиец и вызвал смех торговца и начальника охраны.
— До первой крови, не на смерть? Ты согласен Астарх?
— Не возражаю Архон, пусть слуга твой и мой раб развлекут нас, а ты Ментос, принеси меч фракийцу. На всякий случай главный охранник — македонец, поставил троих вооружённых копьями греков рядом с Астархом и ухмыльнулся: — Этот фракийский щенок, я свалю его в первом выпаде.
— Тогда, — выходи ты! — с вызовом вспылил фракиец. Ткань на бедре оголилась, выдав принадлежность раба… Татуировка «волка» бросилась в глаза македонцу и он, застыл, сражённый — Так ты из народа Волков?
— Я Волк и сын Волка, македонец. Мой меч и мои руки не знают устали в бою.
— И страха — добавил македонец. — Я знаю. Астарх разреши мне сразиться с ним. Если наколка подлинная, в чём у меня нет сомнений, то перед нами сын вождя племени «волков».
— Ого! — присвистнул торговец и покосился на Архона.
— Ха-ха-ха-ха — не удержался Архон, — посмотрим какой ты «волк». Покажи ему фиванец.
— Ставлю монету, раб проиграет — ухмыльнулся начальнику охраны Ментос.
— А я две, — не сдержался один из охраны. — Может и мне поставить, — расплылся Астарх. — А кто поставит на фракийца? — Команда судна не отвечала. Гребцы позабыли о работе, развернувшись к соперникам. Фиванец почти на голову выше фракийца, а шрамы на лице выдавали опытного бойца.
— Начинайте, я приказываю.
— Тогда поставлю я, — неожиданно для всех сказал Архон и положил золотую монету с изображением Александра. — Десять мин — произнёс он. Фракиец не проиграет.
— Я не согласен, хитрец ты врач — возразил Астарх и погрозил в шутку пальцем. — Твой слуга не станет побеждать и, потому — на фракийца даю две монеты, начинайте.
— Хе-хе-ха, я согласен. Три монеты на моего слугу скифа. Впрочем, нет — добавляю ещё золотой Александра. Условие: мой слуга не получит ни одной царапины.
— Пусть будет по-твоему, Архон, но меня интересует другое — гребец! Здоровый гребец, а не калека.
— Согласен.
Соперники обменялись короткими выпадами греческих мечей, проверив друг друга, а потом мечи снова скрестились. На корме замолчали рулевые, а двое судов Астарха стали борт-в-борт, закрепившись кошками. И там тоже делали ставки на поединок.
