– Светлого утра. – Кай кивнул всем сразу и направился к столу.
Но Шу смотрела не на него, а на Дайма. А он – на нее.
«Здравствуй, моя Гроза. Я вижу, все хорошо?»
«Здравствуй, Дайм. Да. Я вижу, у тебя тоже. Бастерхази?..»
Дайм лишь улыбнулся.
Действительно, зачем спрашивать, все и так видно: огня и тьмы в его ауре стало еще больше. Теперь, наверное, это и Кай замечает, не говоря уж об Энрике и Баль. Что ж, генерал МБ может себе позволить любить темного шера открыто. Вряд ли кто-то посмеет хоть слово ему поперек сказать. И… это хорошо. Ей совершенно не нужно ревновать.
Ни Дайма к Роне, ни Роне к Дайму.
Это, дорогая моя принцесса, называется жадность. Сам не ам и другому не дам. Хватит с тебя Себастьяно… и Дайма. Да. Ты доверяешь ему, вот и доверяй во всем.
«Мне бы кое-что с тобой обсудить касательно Себастьяно. Я не очень понимаю, что делать…»
«С чем?»
«С тем, что он пытается поставить меня на место Хисса».
«Радоваться и поддерживать это прекрасное начинание».
«Ты уверен? Он хотел ошейник…»
«…который ты превратила в браслеты. Отличное решение. Не бойся, все будет хорошо, я над этим работаю».
«Как?»
«Вот сейчас и…»
Их диалог прервал Кай, остановившийся около стола, но не севший.
– Пожалуй, перед завтраком нам не помешает размяться, – заявил он с солнечной улыбкой и вопросительно глянул на Шу.
На панику мажордома, уже изготовившегося дирижировать лакеями с подносами, он не обратил внимания. Как и на разочарование собственной голодной свиты.
– Позвольте представить лейтенанта Сомбра, светлого шера третьей категории, – опомнилась она, не понимая, что затеяли Дайм с Каетано. – Лейтенант теперь служит под началом капитана Герашана.
– Счастлив служить Короне! – отдал честь Себастьяно.
– Мы тоже счастливы будем убедиться в надежности рук, которым доверяем нашу честь. – Кай кинул еще один выразительный взгляд на Шу и объявил: – Апельсиновый сок нам и нашим гостям.
Перед ним тут же завис поднос, дожидавшийся на буфете.
У мажордома сделалось такое лицо, словно его обидели в лучших чувствах, но он ни за что этого не покажет.
Зато юные рыцари и не менее юные фрейлины восхитились настоящим волшебством, а особо чувствительные даже ахнули. Восторженно.
Кай взял первый бокал и отправил поднос по кругу. Гости брали бокалы и благодарили: не часто король угощает свою свиту собственными… ну, не руками, конечно, а стихиями. Но так даже лучше: не только великая честь, но и замечательное развлечение.
Увы, среди рыцарей и фрейлин никто бы этого фокуса повторить не смог. Ни одного шера или шеры даже третьей нижней категории.
Пока гости разбирали бокалы, король разглядывал Себастьяно, а тот – короля.
Шуалейда же опять мысленно коснулась Дайма.
«Что вы задумали, мой светлый шер?»
«Не волнуйся, мы лишь немного подеремся. Надо показать лейтенанта в деле».
Вздохнув, Шу выпила свой сок и уже спокойно выслушала предложение короля остаться с фрейлинами завтракать, пока мужчины посетят тренировочный зал, и так же спокойно отказалась.
Фрейлинам и рыцарям возможности выбора не предоставили. Половину рыцарей оставили развлекать дам, половину Кай взял с собой. И среди этой половины очень не хватало Мануэля Наба.
За своим любовным помешательством Шу почти про него забыла, а ведь Мануэль, наверное, уже в Метрополии. Даже странно, что ни разу не написал с дороги. Надо будет написать самой. А лучше связаться напрямую. Да вот хоть после завтрака.
– А теперь расскажите, мой светлый шер, историю с проклятием, о которой гудит вся столица, – едва выйдя за двери, велел Кай.
– Право, история достойна романа, а то и оперы! – Дайм показал несколько картинок: перепуганного советника Седейра, себя с кошачьим хвостом и трещоткой, кота с пучком мышей в пасти, счастливую кухарку и обморочную графиню. – Надо сказать, советник проявил себя…
Над чудным анекдотом смеялись все, кроме Шуалейды и, как ни странно, Себастьяно.
Улучив момент, когда королевская свита смеялась особенно громко, Шу потянула его назад, чтобы отстать от толпы. Брат сделал вид, что не заметил их маневра.
– Откуда ты знаешь, что такое Мышиный король? – шепнула она.
– Мастер желал, чтобы мы знали историю, – так же тихо ответил Стриж. – А проклятия – это тайная страсть нашего с братом учителя по травам и зельям. Пока мы чистили котелки и мыли склянки в аптеке, он рассказывал много интересного.
– Хм… кажется, у нас был один и тот же учитель.
– В Суарде не так много аптекарей, – пожал плечами Стриж. – Надеюсь, дру не грозит обвинение в измене.
– Ссориться с гномами? Упаси Свет.
– Что король хочет от меня, Шу?
– Не знаю. Дайм говорит, посмотреть в деле. Будь осторожен, пожалуйста.
– Ваше высочество! – Кай наконец их «заметил». – О чем вы шепчетесь? Не вздумайте выдавать лейтенанту секретов боевой школы Барра-дор!
– Ни в коем случае, ваше величество. Мы всего лишь обсуждали приправы, – отозвалась Шу.
Больше пошептаться с Тано ей не удалось: едва войдя в зал, Кай велел рыцарям разбиться на пары и сам сбросил френч. Его примеру последовали все мужчины. Шуалейда же превратила свое платье в бриджи и сорочку, а туфли – в мягкие сапожки.
