Как ни странно, её вопрос застаёт меня врасплох. Мой палец зависает над кнопкой первого этажа. Кажется, что, куда бы я ни пошла, меня везде будут ждать неприятности. Даже если я продолжу убегать от проблем, они рано или поздно меня догонят. Я давно должна была понять, что это бессмысленно.
— Домой, — говорю я. — Я еду домой.
Я обязана вернуться туда, где всё началось, чтобы посмотреть страху в глаза и показать, кто тут главный. Если бы я только сделала это раньше!.. Сердце отзывается болезненным ударом, когда в памяти всплывает дом. Нью-Йорк, моя душа! В моей маленькой груди для тебя обязательно найдётся местечко. Я слышу шум твоих узких, пересекающих друг друга улиц, когда закрываю глаза; я чувствую холодные поцелуи Атлантики, когда дует восточный ветер; я почти вижу себя, покоряющей статую Свободы. И, кажется, это всё, что мне нужно.
Роуз просовывает ногу в кабину, заставляя двери снова открыться.
— Ещё слишком рано.
— Вечеринка окончена. Мне пора.
Когда я снова жму на кнопку, Роуз нагло протискивается в лифт. Не скрывая своего недовольства, я поправляю скатывающуюся с плеча сумочку и перевожу взгляд на табло. Этажи сменяют друг друга мучительно медленно.
24.
23.
22.
— Что-то случилось?
— Забудь, — отмахиваюсь я. — Это мелочи.
— Снова Майк?
«Снова Майк». К моим щекам приливает краска. Можно подумать, будто мой мир вращается вокруг какого-то Майка, который оказался лишь трусом, прячущимся за маминой юбкой. Наверное, какое-то время так и было, но я вовремя осознала ошибку. Вернее, когда Майк сам же мне на неё указал.
Мне больше не важно, кого он любит. Мне даже не важно, что он НЕ любит меня. Меня наполняет удивительной лёгкостью, как будто я освобождаюсь от тяжёлых оков и наконец-то могу идти прямо.
18.
17.
16.
— А я говорила, что он идиот.
— Чего ты хочешь? — устало спрашиваю я.
Роуз расплывается в улыбке, наконец-то нащупав мою слабину. Кажется, что она дружила со мной только ради того, чтобы превратить в свою марионетку.
— Проучить его, только и всего.
Я закатываю глаза.
— Я пас.
— Почему? — удивляется Роуз.
Я изгибаю бровь.
— Ты серьёзно?
— А что здесь такого? — продолжает она. — Если мне не изменяет память, ты сама когда-то этого хотела, разве нет?
— Майк и Итан — разные вещи, если ты об этом, — шиплю я. Я чувствую, как мои кулаки медленно наливаются свинцом.
— Да? А мне кажется, одно и то же.
Между нами словно сверкает молния.
— Я, конечно, не настаиваю, но посмотри правде в глаза: ни один парень не задерживается с тобой дольше чем на несколько месяцев. Догадываешься, почему?
