У Гали была та же ситуация, только ее мама работала уборщицей на заводе и раньше девяти вечера дома не появлялась, потому что после смены бегала по чужим квартирам – мыла полы, стирала, гладила. О роботах-пылесосах, автоматических стиральных машинах и утюгах с паром женщины в те годы даже не мечтали. Правда, первые машинки в СССР появились в середине пятидесятых годов двадцатого века, но в них следовало самому залить и потом вылить воду, а потом отжать белье. Стоили такие агрегаты ого-го сколько, и достать их было почти невозможно. Дешевле и легче было нанять прачку.
Мама Гали приходила домой, когда уже приходила пора ложиться спать. На отца надеяться не следовало. Правда, порой он с похмелья появлялся во дворе школы и орал:
– Галька! Ты где, дрянь? Папаня пришел!
Охраны у среднего учебного заведения не было. Если в этот день учитель физкультуры задерживался, он выходил, проводил с алкоголиком воспитательную беседу, но школьницу с ним не отпускал. Та потом одна шагала домой, благо пятиэтажка находилась в соседнем дворе. Дойдя до подъезда, Галя садилась на лавочку. Ключ ей мать не доверяла, а папаша или буянил, или спал и не слышал звонка в дверь.
У Кирюши дела обстояли иначе. Утром тетя Ксюша вешала ему на шею кожаный шнурок с ключом.
– Когда с учебы вернешься, газ не зажигай. Суп и второе – на плите, кастрюли в одеяло укутаны. Они не холодные, теплое все, тебе вкусно будет.
Как-то раз, зимой, Кирилл увидел Галю во дворе на запорошенной снегом лавке и спросил:
– Чего мерзнешь? Ступай домой.
– Ключей нет, – лязгая зубами, призналась одноклассница.
– Пошли ко мне.
С тех пор он всегда приглашал соседку по парте в гости или в библиотеку. Галюша, конечно, тоже поселилась в читальном зале. Сообщать Ксении и родителям школьницы, где они проводят время, ребята не стали. Вечером около девяти Галя садилась во дворе на лавку, и вскоре появлялась ее мать. А пока Галюша одна маячила на скамейке, Кирюша стоял в кухне у окна и следил, чтобы подругу никто не обидел.
Почему дети стали завсегдатаями библиотеки? Там работали замечательные люди: заведующая Любовь Аркадьевна, ее заместительница Клара Егоровна, библиотекари Нина, Люда и Света. Гале и Кириллу они казались древними старушками, но, наверное, женщинам и пятидесяти лет не прозвенело. В библиотеке была кухня. На плите всегда стояли чайник, кастрюлька с каким-то супом и сковородка с котлетками, в холодильнике лежали масло и сыр, на столе стояла вазочка с пряниками и овсяным печеньем, а в хлебнице были свежий батон и ароматный «Бородинский».
– Кушайте, дети, – говорили библиотекари и тихо вздыхали.
Школьники не отказывались от еды, но брали немного, стеснялись. Представьте их изумление, когда двадцать девятого сентября в кухне обнаружились торт и две новые книжки «Любимые сказки», первый и второй том.
– У вас сегодня день рождения, – объяснила Любовь Аркадьевна. – Приятное совпадение, вы появились на свет в один день, месяц и год. Мы вас поздравляем! Книги – подарок от нас. Будете читать по очереди.
– Ура! – воскликнула Клара Егоровна, подняла над головой хлопушку, дернула ее за веревочку…
Ба-бах! Все засыпало конфетти. А потом они пили чай с тортом.
Конечно, Галя и Кирилл знали, что дети отмечают день, когда появились на свет, а еще бывают Новый год и другие праздники. Но ни Ксения Владимировна, ни родители девочки ничем таким не заморачивались. Впервые день своего появления на свет школьники отметили в библиотеке. Они были безмерно счастливы, им понравились самый простой бисквит и подарки. Школьники искренне полюбили всех, кто работал в книгохранилище.
Но самой главной стала для них возможность читать. Кирилл «проглотил» собрание сочинений Майн Рида и Джека Лондона, добрался до Флобера, Чехова и Куприна. Галя рыдала над рассказом Короленко «Дети подземелья». И, конечно, Александр Дюма стал одним из их любимых писателей. «Три мушкетера», «Граф Монте-Кристо»…
Рассказчик допил чай.
– Жизнь засверкала радугой. Мы твердо решили, что станем учителями литературы, и взялись за учебу. Владимир Петрович, один из посетителей библиотеки, студент МИФИ, начал заниматься с нами математикой и физикой. Любовь Аркадьевна обучала английскому языку. В четырнадцать лет мы стали отличниками. Учителя в нашей школе были равнодушные, не обращали внимание на детей из нищих семей, только диву давались, не понимали, каким образом мы так взлетели. А потом…
Ломоносов отодвинул пустую чашку.
