Вилли не видел лица энсина, но тон узнал безошибочно. Точно так же он сам обращался к лейтенанту Марику или лейтенанту Гортону пятнадцать месяцев тому назад, когда они казались ему бывалыми, насквозь просоленными боевыми офицерами. На мгновение ему польстило такое отношение к собственной персоне, и он подумал, что «Кайн», возможно, сам по себе столь удивил и озадачил Фаррингтона, что тот не находил в происходящем ничего особенного. Вилли уже не мог представить себе, какое впечатление производит «Кайн» на вновь прибывших или что должен чувствовать энсин, впервые ступив на палубу старого тральщика.
Они подошли к толпе мокрых, нахохлившихся матросов, собравшихся на корме. Вилли загнал всех под навесы и определил очередность обыска. В душевую матросы входили парами и там раздевались. Фаррингтон помогал Вилли осматривать их одежду.
Одним из первых в душевую вошел боцман по прозвищу Фрикаделька. Голый, волосатый, квадратный, он стоял, ухмыляясь, пока Вилли лазил по карманам его брюк и заглядывал в башмаки, кривясь от их крепкого запаха.
— Все, Фрикаделька, одевайся.
— Неужели, мистер Кейт? — пробормотал боцман. — Разве вы не желаете посмотреть, не спрятал ли я его в своей заднице?
Тон был добродушный, и Вилли решил, что обижаться не стоит.
— Нет, благодарю. Мне не нужна медаль за героизм.
— Старик совсем свихнулся, не так ли, сэр? — боцман натянул брюки.
— Не твое дело, — рявкнул Вилли. — Капитана надо уважать.
— Господи, сэр, я лишь повторил то, что сказал нам мистер Кифер.
— Меня это не интересует. Я не потерплю оскорблений в адрес капитана, понятно?
— Да, сэр. — Боцман сжался и выглядел таким испуганным, что Вилли стало стыдно за резкость.
Обыск с раздеванием матросов действовал на нервы. В этом попрании человеческих прав было нечто нацистское. А покорность матросов свидетельствовала о том, что Квиг сумел раздавить душу команды. Они позволили себе лишь ругаться да мрачно шутить. Но сердитым окриком Вилли лишил боцмана даже этой маленькой радости.
Голова Квига просунулась в душевую.
— Так, так, так. Все нормально?
— Да, сэр, — отрапортовал Вилли.
— Отлично, отлично. И Фаррингтон при деле? Превосходно, — Квиг улыбнулся, кивнул и исчез.
— У кого есть сигареты? — Голос Вилли дрожал.
— Пожалуйста, сэр, — боцман протянул пачку, поднес спичку к сигарете и добавил, когда Вилли выпустил струю дыма — От него мурашки по коже бегают, не так ли, сэр?
Капитан Квиг летал по палубе, игнорируя злобные взгляды матросов, забившихся под тенты. Капли дождя барабанили по его желтому плащу. Заметив Марика, поднявшегося по трапу носового машинного отделения, капитан направился к нему.
— Ну, ну, Стив? Как там дела?
— Все нормально, сэр. — Старпом раскраснелся и вспотел. — Только начали, разумеется… нам потребуется примерно четыре часа, но они стараются…
— Отлично, отлично. На Баджа можно положиться. Да, сэр. Знаете, Стив, я думаю, что все наши старшины, и главные, и первого класса, могут гордиться собой, и офицеры тоже. Даже Кейт…
— Извините, сэр. — Подошедший писарь отдал честь.
— Да?
— Вы… просили меня кое-что выяснить, сэр. Я готов доложить.
— О, да, да. Извини, Стив. Присматривай за ними. Пусть пошевеливаются. Пошли, — кивнул он Пузану.
Пропустив его вперед, Квиг закрыл за собой дверь капитанской каюты.
— Ну?
— Сэр, вы не шутили насчет училища во Фриско?
— Разумеется, нет, какие тут шутки. Если твои сведения подтвердятся…
— Это вестовые, сэр, — прошептал Пузан.
— О черт, нет. Ты только зря отнимаешь у меня время.
— Сэр, их видел главный старшина Беллисон. Около часа ночи. В носовом кубрике как раз закончили играть в карты. Он проходил мимо кладовой. Потом рассказал двум-трем старшинам и…
— Ты пытаешься убедить меня, что мой главный старшина корабельной полиции видел воров и не арестовал их? Даже не доложил мне? — Квиг достал из кармана стальные шарики и начал их перекатывать. Счастливое выражение сползло с его лица, щеки прорезали морщины.
— Сэр, он не подумал ничего плохого, потому что вестовые… ну, они вечно подъедают остатки за офицерами. А когда поднялся шум, он их пожалел, подумал, что их уволят с флота, и промолчал. Но сейчас об этом знает весь корабль, сэр, это легко доказать…
Квиг тяжело упал на стул, оглядел груду ключей на столе. Его рот чуть приоткрылся, нижняя губа запала.
— Этот разговор должен остаться между нами, — наконец выговорил он.
Писарь понимающе ухмыльнулся.
— Да, сэр.
— Напечатай прошение о направлении в училище с одобрительной резолюцией, и я подпишу его.
— Благодарю вас, сэр.
— Можешь идти.
Полчаса спустя Марик заметил, что капитана нет. Намеченный план предполагал, что Квиг будет руководить осмотром верхней палубы и носовой части, в то время как старпом займется лабиринтом подпалубных помещений, но улыбающегося командира корабля как ветром сдуло. Марик прошел к каюте Квига и постучал.
— Войдите, — хрипло ответили изнутри. Капитан лежал на койке в нижнем белье, уставившись в потолок, перекатывая шарики в обеих руках. — В чем дело, мистер Марик?
— Извините, сэр… я думал, вы будете руководить осмотром верхней палубы…
