Ныряя между волнами и поднимаясь на их гребни, «Кайн» вновь откликался на каждое движение руля. Под ногами привычно вибрировали двигатели, палуба ритмично раскачивалась из стороны в сторону. Рубку окутывала белесая пелена водяной пыли, надрывно завывал ветер.
— Никакого бедственного положения нет, — гнул свор Квиг. — Лево руля, лечь на курс 180.
— Так держать! — тут же крикнул Марик. Рулевой переводил взгляд с одного офицера на другого. Его глаза буквально вылезли из орбит. — Делай, что я сказал! — Старпом повернулся к вахтенному офицеру. — Вилли, отметь время. — Он подошел к Книгу и отдал честь. — Капитан, извините, сэр, вы больны. Я временно отстраняю вас от командования кораблем, руководствуясь статьей 184 Морского устава.
— Не понимаю, о чем речь, — пробормотал Квиг. — Лево руля.
— Мистер Кейт, вы — вахтенный офицер, что мне делать?? — взмолился Стилуэлл.
Вилли машинально посмотрел на часы. Без пятнадцати десять. На вахте он стоял меньше двух часов. Медленно, очень медленно дошла до него суть перепалки между Мариком и Квигом. Он не верил своим ушам. Происходящее казалось ему столь же невероятным, как собственная смерть.
— Обойдемся без мистера Кейта, — сварливо ответил Квиг. Таким же тоном он обычно выговаривал дежурному по кораблю, если находил на палубе обертку от жевательной резинки. — Я сказал, лево руля. Это приказ. А теперь, лево руля, да поживее.
— Коммандер Квиг, на этом мостике ваши приказы утратили силу, — возразил Марик. — Я освободил вас от командования, сэр. Вы больны. Я беру ответственность на себя. Я знаю, что меня могут отдать под трибунал. Теперь командую я…
— Вы арестованы, мистер Марик. Спускайтесь в каюту, — огрызнулся Квиг. — Я сказал, лево руля!
— О Господи, мистер Кейт! — в панике воскликнул Стилуэлл, не сводя глаз с Вилли. Урбан забился в дальний конец рубки, переводя взгляд со старпома на Вилли, открыв от изумления рот. Вилли посмотрел на Квига, на тумбу машинного телеграфа, на Марика. И почувствовал, как поднимается в нем волна пьянящей удали.
— Держать курс 000, Стилуэлл! Мистер Марик взял командование на себя. Капитан Квиг болен.
— Вызовите вашего сменщика, мистер Кейт, — в голосе капитана слышалась злость. — Вы тоже арестованы.
— У вас нет права арестовать меня, мистер Квиг, — ответил Вилли.
Столь непривычное обращение к Квигу не осталось незамеченным Стилуэллом. С презрением взглянул он на смещенного капитана.
— На румбе 000, мистер Марик. — И повернулся спиной к офицерам.
Квиг оторвался от тумбы машинного телеграфа и нетвердым шагом двинулся к правому крылу мостика.
— Мистер Кифер! Мистер Хардинг! Есть тут офицеры? — крикнул он.
— Вилли, позвоните Пейнтеру. Пусть он немедленно зальет водой пустые цистерны, — приказал Марик.
— Есть, сэр. — Вилли схватил трубку и позвонил в котельное отделение. — Пейнт? Слушай, надо принять балласт. Немедленно заполни водой все пустые цистерны… Ты совершенно прав, давно пора.
— Мистер Кейт, я не давал приказа заливать цистерны, — просипел Квиг. — Позвоните в котельное отделение и…
Марик подошел к микрофону громкой связи.
— Всем офицерам явиться на мостик. Всем офицерам явиться на мостик, — он взглянул на Вилли. — Позвони Пейнтеру и скажи, что его это не касается.
— Есть, сэр. — Вилли снял трубку с рычага.
— Повторяю, вы оба арестованы, — не унимался Квиг. — Покиньте мостик, немедленно. Ваше поведение позорит флот.
Протесты Квига вызвали у Вилли радость и ощущение собственной силы. В полумраке промокшей насквозь рубки, в реве беснующегося тайфуна он, казалось, переживал счастливейший момент своей жизни. Все его страхи исчезли.
— Вилли, сможешь взглянуть на барометр? Только так, чтобы тебя не унесло ветром.
— Конечно, Стив, — он вышел на правое крыло мостика, крепко хватаясь за поручни.
Вилли уже добрался до штурманской рубки, когда открылась дверь и из нее, сцепившись руками, появились Хардинг, Кифер и Йоргенсен.
— В чем дело, Вилли? Что случилось? — крикнул Кифер.
— Стив сместил капитана.
—
— Стив сместил капитана! Взял командование на себя! По причине болезни капитана.
Офицеры переглянулись и юркнули в рубку. Добравшись до кормовой переборки, Вилли вгляделся в барометр. Затем присел и на четвереньках вернулся в рубку.
— Барометр поднимается! 28.99! Почти 29.00!
— Хорошо, значит, худшее уже позади, — Марик стоял за спиной рулевого, глядя на корму. Остальные офицеры, исключая Пейнтера, толпились у переборки. Квиг вновь обнимал тумбу машинного телеграфа, уставившись на старпома. — Такая вот история, господа, — голос Марика с трудом прорывался сквозь рев ветра и барабанную дробь водяной пыли по стеклам. — Ответственность полностью ложится на меня. К капитану Квигу прошу относиться с прежним уважением, но приказы буду отдавать я.
