Крик вернул меня в сознание несколько часов спустя, дикий крик, раздавшийся на деревенской улице, за которым тут же последовали другие. Проснувшись, я, дрожа, приподнялся в кровати. Вокруг все еще было темно, и я чувствовал, что до рассвета остается час или около того. Затем, пока я всё ещё сидел в напряжении, с улицы донесся последний ужасный крик, за которым последовала серия сдавленных вздохов, а затем наступила тишина. Я выглянул наружу, дрожа больше от изумления, чем от каких-либо других эмоций, но ничего не смог разглядеть в темноте снаружи, поэтому вскочил с постели, принялся торопливо натягивать одежду, и в этот момент услышал, как по деревне разносится нарастающий шум – открывались двери и окна, раздавались хриплые крики и все новые вопли ужаса. К тому времени я уже оказался у двери Хольма, но когда распахнул ее, то обнаружил, что его комната пуста, а постель, по-видимому, так и не была не разобрана. Ошеломленный его отсутствием, я услышал внизу хриплый голос владельца отеля, побежал к нему вниз по лестнице, а затем, когда он открыл дверь, мы встретились с ним на улице, освещенной бледным звездным светом. При воспоминании о зрелище, представшим нашим взорам, меня по сей день бросает в дрожь. Улица от края до края была заполнена сотнями медленно ползущих растений!
Массой растений! Целыми полчищами растений, сотнями, тысячами, теснящимися на улице, заполонившими всю деревню и всё ещё вливавшимися в неё из окрестного леса в еще большем количестве! В одном месте дальше по улице растения, собрались в большую кучу, их бесчисленные усики вцепились в мертвое, раздавленное тело одного из жителей деревни и поливали его липкой зеленой жидкостью! Многие растения проворно хватали своими усиками, своими бесчисленными руками, изумленных, полуодетых людей, выбежавших на улицу из-за этих диких криков и теперь тоже кричащих от того, что орды растениеподобных существ валили их на землю! Я, неподвижно застыв, смотрел на всё это, от ужаса у меня кружилась голова, а потом ползучая масса растений внизу, передо мной, случайно коснулась меня, ощутила мое присутствие и присутствие человека рядом со мной, и, прежде чем мы успели отступить, устремила в нашу сторону мириады щупалец, чтобы схватить и спеленать нас, утянуть к себе на землю!
Никогда впоследствии я не мог собрать воедино свои воспоминания о событиях, последовавших далее. Я помню, как кричал, как загнанный зверь, и как кричал владелец отеля рядом со мной, когда эти цепкие щупальца неудержимо тянули нас вниз. Я помню, как безумно боролся в их объятиях и как осознавал, даже в эти кошмарные секунды борьбы всё, что происходит вокруг меня; как в темноте по всей улице мужчин, женщин и детей пленяют эти осьминогоподобные ползучие массы растений, кишащие вокруг, тянут вниз своими цепкими щупальцами; как мертвые тела, стиснутые щупальцами быстро покрываются сочащейся из них зеленой жидкостью, и растения еще сильнее сжимают их; как полчища слепо копошащихся тварей медленными потоками вливаются в двери и окна домов в поисках кричащей внутри добычи, пока, всё так же слепо, не загоняют её в угол; и как все большие и большие полчища растений все так же неумолимо сползаются к обреченной деревне со всех окрестностей, целиком заполняя её!
Все это промелькнуло перед моим взором, как в каком-то странном фильме ужасов, в тот момент, как опутавшие меня щупальца потянули меня вниз. Затем с внезапным отвращением, избавившим от ужасного оцепенения, лишившего меня сил к сопротивлению, я изо всех сил ударил по тому, что удерживало меня, попытался оторвать от себя цепкие щупальца, обвившиеся вокруг меня. Но они были подобны крепким веревкам, связавшим меня, и пока я рвал одно, два других хватали меня, так что меня неуклонно тянуло вниз, а вокруг меня копошились другие растения. Я увидел, что человек рядом со мной был повален на землю тремя огромными растениеподобными существами, вцепившихся в него, и что их смертельная хватка быстро сломила его сопротивление, и зеленая липкая жидкость, вытекавшая из них, быстро покрывала его, пока они все еще удерживали его в своих объятиях, в то время как четверо других огромных осьминогоподобных тварей вцепились в меня. Все мои попытки сопротивления не смогли помочь мне вырваться из этой смертельной хватки, и даже продолжая рвать удерживающие меня путы, я понимал, что теряю силы и постепенно сдаюсь. И тут, повинуясь некоему внезапному последнему порыву, моя рука потянулась к глубокому карману на бедре, залезла внутрь и вытащила оттуда длинный, тонкий и острый ботанический нож, всё это время лежавший в этом кармане.