— Ненавижу! Он постоянно тащит всякую шваль в дом! — ярится Кэсси, гулко цокая каблуками по мраморной плитке. — Я еще должна общаться с этими… этими… — она чуть не плачет, но эта драма совершенно меня не трогает. Я иду следом и постоянно останавливаюсь, чтобы рассмотреть стены, старинные картины, высокие дорогие вазы и лепные потолки. Это не дом, это музей для антиквариата! Но вместе с тем присутствует дух тропической экзотики, вокруг витает запах диковинных цветов, а через огромные окна во всю стену видно море. В такой атмосфере не хочется думать о чем-то негативном. Не верится, что здесь можно чувствовать себя несчастливой и вообще злиться.
— Кэсси, у твоего отца есть свои потребности, — говорит Кейсер, взяв на себя миссию по успокоению Кассандры, его руки ложатся ей на плечи, а она утыкается ему в плечо. Она что, собралась Кейсера вместо жилетки использовать? Прямо при мне?
Встречаемся взглядами поверх плеча сопящей Кассандры. И Кейсер что-то пытается до меня донести. Кажется, его губы шепчут мне уходить, оставить их наедине. Эта парочка чересчур сближается. Во мне бушует негодование, потому что я не вижу причин для такого поведения Кейсера. Или, лучше сказать, моя ревность не дает мыслить объективно.
Ведь если задуматься, наверняка у Кейсера есть план. Он не будет делать чего-то просто так. Или она ему понравилась? Такая выскочка и зазнайка? Вряд ли! Хотя она очень красива. Ведь, как известно, мужчины думают нижним мозгом.
Пыхтя от злости, иду прочь от обнимающейся парочки и натыкаюсь на низенькую служанку с добрыми глазами.
— О, сеньора, вы Александра? Для вас и сеньора Кейсера подготовлена комната. Пожалуйста, проходите.
Располагаюсь, расспрашиваю о предстоящем приеме. Поглядываю нервно на дверь. Ну где же чертов Кейсер?! Не наобнимался еще там?!
— О, привет, я Елена, — в комнату заглядывает более симпатичная копия Кассандры, и я сразу понимаю, что это ее сестра. Милая девушка в простом коротком сарафане с растрепанными волосами и совсем без макияжа. Чуть ли не серая мышка, если бы не очевидны флер богатства, который заложен в генах. Это видно по движениям, жестам, выражению лица.
— Кэсси написала мне, что с ней приедут ее новые друзья. Вы же Александра? Ничего, что я так нагло к вам вторглась? Анна, можете идти.
Она так вежливо обращается с прислугой, а та настолько по-доброму улыбается, что я понимаю, что эта девушка — совсем не такая, как ее старшая сестра. Две противоположности.
— Можешь звать меня Алекс, — с улыбкой предлагаю я, рассматривая наше с Кейсером новое пристанище. Как будто оказалась в пляжном домике. Циновки на полу, украшения стен и потолка в африканском стиле, много ярких акцентов, преимущественно оранжевых и красных. Огромные каменные истуканы по бокам от двери, с копьями в руках и злобными лицами. Такого ночью увидишь — со страха заорешь. — Ух ты! — не могу удержаться от восхищения, трогая шершавую поверхность стены, плетеные ковры явно ручной работы, лица грозных истуканов. — Какая интересная комната.
— Ну, моя сестра — немного дизайнер, — пожимает плечами Елена, — любит экспериментировать, а папа все позволяет. Лишь бы она не…
— Лишь бы — что? Хотя извини, наверное, это не мое дело.
— Кэсси непросто после смерти мамы. Нам всем непросто, ей нужно как-то отвлекаться, — обтекаемо объясняет Елена и грустно вздыхает.
— Соболезную… — искренне произношу я, сглатывая комок в горле. Я знаю, что такое терять близких.
— Ничего, уже прошло много лет, но порой мне кажется, что только вчера я держала ее за руку и просила не уходить. Извини, ты приехала на праздник, а я тут… Покажешь свой маскарадный костюм? — восклицает, украдкой вытирая слезу, а я только рада смене темы.
Мы с Еленой общаемся как старые знакомые, показывая друг другу свои маскарадные костюмы. Ее глаза горят предвкушением, когда она показывает мне свое платье. Кажется, она хочет произвести на кого-то впечатление. И глядя на ее восторженное лицо, прихожу в самый настоящий ужас. Неужели и я выгляжу такой же влюбленной дурочкой при виде Кейсера? Хочется думать, что я умею гораздо лучше скрывать свои чувства, чем эта невинная девушка.
Иначе моя шпионская миссия и вообще карьера под большой угрозой.
Когда в дверях появляется предмет моих невеселых, можно даже сказать панических, размышлений, нацепляю на себя хладнокровную маску, стараюсь выглядеть равнодушной и отстраненной.
— Что с тобой, милая? — спрашивает Кейсер с притворной заботой, подходя ближе и приобнимая за плечи — Укачало в самолете? Не хочешь прилечь отдохнуть пару часов до маскарада?
И смотрит многозначительно, словно я должна тут же понять его намек. Елена догадывается, что она здесь лишняя, и, попрощавшись, уходит.
Конечно же, мне хочется уколоть Кейсера за слишком близкое общение с Кэсси, ничего не поделать, как бы ни презирала себя за это, нечто похожее на ревность гложет, разливается внутри ядом, который так и хочется выплеснуть наружу.
Но я не доставлю ему такого удовольствия, не покажу свои слабости и не выставлю себя идиоткой.
