— Ходил под парусом в последнее время? — спрашиваю я.
Руки Рая сжимаются в кулаки.
— Ублюдок.
Я ухмыляюсь.
— Давай покончим с этим. Я занятой человек.
Исаму фыркает.
— Уверен, у тебя много дел с дочерью Хидео, Мэй. Я слышал, что она свежа, как спелая слива. Или, по крайней мере, была… — Он позволяет намеку повиснуть в воздухе.
Я останавливаюсь, но не доставляю ему удовольствия обернуться.
— Не произноси ее имя, и я позволю тебе продолжить дышать. — С этими словами я продолжаю идти по коридору в комнату для совещаний. Чем скорее я с этим покончу, тем скорее смогу дать Мэй то, о чем она просила с момента нашей встречи.
Мэй
— Ты можешь есть и охранять меня одновременно, — говорю я Тору, пихая ему в руки тарелку с едой. Он неохотно берет ее у меня, чтобы я могла взять что-нибудь себе. — Ты можешь потерять сознание без еды, — поддразниваю я, заставляя его слегка улыбнуться. Мужчины Кадзуо так отличаются от мужчин моего отца. Они всегда тепло и уважительно относятся ко мне.
Я знаю, что Кадзуо может немного ревновать, когда я уделяю им внимание, но мне нравится готовить для них угощения. Это мой способ показать им, что я их тоже уважаю. И не только это; они оберегают моего Кадзуо. Подкармливать их время от времени — самое малое, что я могу сделать в ответ.
К тому же, я хочу, чтобы я им нравилась по-настоящему, а не по приказу Кадзуо. Я хочу, чтобы они уважали меня. Я вижу, насколько преданы люди моего отца и люди Кадзуо. Я хочу этого. Просто у меня другой подход к этому. Полагаю, во мне все-таки есть что-то от моего отца.
— Спасибо, — говорит Тору и идет за мной вдоль стола, пока я накладываю себе на тарелку всякой всячины. Я хочу попробовать все и прочувствовать это на собственном опыте. Не многие получают удовольствие от еды. Стол больше похож на украшение, чем на что-либо другое.
Моя мачеха устраивала вечеринки, на которых официанты разносили подносы с едой, к которой никто не притрагивался. Я всегда пробиралась на кухню и воровала закуски. Это был единственный раз, когда в доме разрешалось такое количество углеводов за один раз.
— Может, присядем? — Я киваю в сторону пустого столика.
— Если хочешь. — Тору подходит и выдвигает для меня стул. Я сажусь. Он ставит свою тарелку рядом с моей. — Выпьешь?
— Да, пожалуйста.
— Я буду вон там. — Он указывает на бар, который находится в двадцати футах от него. — Тебе нужно оставаться за столиком.
— Обещаю, — успокаиваю я его. Я вижу, что он на самом деле не уверен, стоит ли ему уходить от меня. Даже если это всего в двадцати футах и меня хорошо видно и, то место, где я сижу. — Я знаю, что сегодняшний вечер важен. Я подержу свою попку в этом кресле, пока ты не вернешься. Я не хочу причинять тебе или Кадзуо еще больший стресс. Я приберегу это на потом, когда мы будем дома.
— Спасибо. — Он мягко улыбается мне, прежде чем поспешить к бару.
Я ненавижу то, как сильно он сомневается во мне, но после инцидента с яхтой я поняла это. И так уж случилось, что у меня репутация человека, который делает прямо противоположное тому, что мне говорят. Я имею в виду, что Кадзуо не просто так называет меня маленькой бунтаркой. Честно говоря, не уверена, беспокоятся ли мужчины о моей безопасности потому, что они заботятся обо мне, или боятся того, что сделает Кадзуо, если со мной что-то случится.
Я немного перекусываю, хотя каждый раз, когда поднимаю взгляд, Тору смотрит в мою сторону. Наконец я немного пододвигаю свой стул, чтобы лучше видеть танцпол, а не телохранителя. Интересно, что сейчас делает Кадзуо. Наверное, заперт в комнате с кучкой старых японских гангстеров, обсуждающих дела. Фу. Я предпочитаю свою маленькую тарелку с вкусностями, хотя было бы лучше, если бы Каз кормил меня с рук. Я начинаю мечтать об этом, о том, как он положит еду мне в рот, а потом поцелует меня со словами…
— И кто это у нас здесь?
Я отвлекаюсь от своей тарелки и замечаю двух женщин, стоящих по другую сторону круглого стола.
Та, что в золотом платье, выдвигает стул и садится на него. Другая остается стоять, не сводя с меня глаз. Я не уверена, что в облегающем красном платье, которое на ней надето, можно сидеть. Я заметила их обеих на танцполе раньше. Их было трудно не заметить из-за их блестящих светлых волос и роста. Они легко возвышались надо мной даже без каблуков. Тем не менее, держу пари, я все равно вешу больше, чем они.
— Мэй, — говорю я, не называя свою фамилию.
— Ты пришла с Кадзуо, — говорит та, что стоит, даже не потрудившись назвать мне свое имя.
— Да. — Я беру со своей тарелки маленькие слоеные пирожки с кремом и отправляю их в рот.
Они обе морщат носы.
— Вы встречаетесь? — спрашивает та, что в красном, когда понимает, что я не собираюсь делиться дополнительной информацией.
