– Бли-и-и-н, Лер! У меня от этих педалей уже ноги гудят, – Марина тяжело вздохнула и принялась рвать траву, что торчала у нее из-под подошвы. – Сегодня весь день катаемся.
– Хватит ныть, подруга! Что, если я тебе скажу, что есть транспорт, который сам может нас покатать? – осмотрев двор, глаза сами собой остановились на восьмиметровом железном проводнике.
Марина сидела и смотрела на меня в упор, а на лице у нее застыло явное непонимание того, что я собиралась сделать.
– У-у-у! Долго же до тебя доходит.
– Лер, ты о чем?
– Ты когда-нибудь угоняла автомобиль?
– Нет, – Маринкины зрачки от ужаса расширились.
– Вот и я нет. Если мы не совершим этим летом что-нибудь безрассудное, то, считай, каникулы прошли даром, – тяжело вздохнув, я облокотилась на свои колени и зарылась лицом в ладони.
– Угу. Только что делать-то?
– Искать водителя.
– Не надо никого искать, – раздался рядом голос Кирилла.
«Ну усе! Пиши пропало. Сейчас побежит стучать на меня».
– Тебя еще здесь не хватало, – дерзновенно произнесла я и стала мысленно готовиться к разоблачению.
– Девчонки, такси заказывали? – за кадром, ой, то есть за спиной брата появился еще один участник беседы. Тема сделал шаг вперед, и теперь при свете уличных фонарей его стало лучше видно.
– И кто нас повезет? Ты, что ли? – недоверчиво пролепетала Маринка.
– Не, я всего раз в жизни сидел за рулем, но то была старая семерка и тогда дядя меня на коленки к себе посадил, дал порулить.
– Ну, допустим, я! – горделиво произнес Кирилл.
Ах и как я могла забыть. Кир из года в год донимал папу своими: «Ну бать, ну, дай порулить! Ну пап, ну, пожалуйста!» – в общем, в этом январе папиной выдержке пришел конец.
Они почти каждый вечер выезжали за город, и в одиноком поле папа учил Кирилла водить автомобиль. Так теперь у братца руки чешутся при каждом счастливом случае покрутить баранку. Он даже замечтался о собственной машине.
– Так-с ну, допустим! Вы тогда стойте на стреме. Кир, идем. Будешь отвлекающим маневром, пока я нам ключи добываю.
– А я уже! – воздух разрезает звон ключей, которые он вертит указательным пальцем.
– Тогда че стоим? Погнали!
Легко сказать. Очевидно, у всех – у нас из головы вылетел тот факт, что при запуске мотор начинает издавать храпящие звуки, покрепче морской свинки в самом глубоком сне.
– Х-х-хр! Х-х-хр! Х-х-хр!
Я бросилась испуганно глядеть в окна нашего дома. Свет горел только в гостиной. Дедуля сегодня лег пораньше, а бабушка занималась стряпней на кухне. Вот она-то могла вмиг услышать, что что-то здесь нечисто.
– Систрух?
– М-м?
– Расслабься!
– Какой там…
– Дедуля после рыбалки всегда крепко спит, а у бабули время новой серии бразильского сериала.
Точно! Сегодня же понедельник! Если бабушка у телевизора, то мир вокруг нее теряет реальность, разлетаясь на части, словно битый фарфор.
Кир вывез нас бесшумно (насколько это вообще возможно) со двора, и мы наконец-то отправились навстречу настоящим приключениям.
Я сидела на переднем сидении за водителем, Маринка с противоположной от меня стороны, а Тема забился в середину салона. И мы все прилипли к окну. Мимо нас плыли пейзажи маленьких домишек, коттеджей и небольших магазинчиков. На вечер подступали глубокие сумерки. Люди стали зажигать в комнатах свет и готовится ко сну. А у нас все только начиналось.
– Кир, гони на поляну. Слишком палимся. Вдруг кто из соседей увидит, – беспечно бросил Тема.
Но мне захотелось его немножко позлить:
– Пусть видят. Все равно собственным глазам не поверят. А ты, если такой трусишка. Дуй домой и прячься под тетину юбку.
Не знаю отчего, но каждый раз, когда мы проводим время вместе, мне постоянно хочется его как-то задеть. Меня просто раздражает Темина слабохарактерность. Он часто выкидывает странные вещи. Вот, например: однажды, когда мы случайно заснули вместе на диване под один ужастик. Я проснулась оттого, что кто-то накрыл меня одеялом. Сначала подумала, что бабушка зашла в комнату и, сощурив глаза, я присмотрелась, но вместо бабули увидела удаляющуюся Темину спину. Зачем он это сделал? Не понимаю…
– Ай! – схватилась за голову, чтобы поймать кепку, но меня нагло обворовали. – Верни! Живо!
Артем сидел через два сиденья от меня и, скрестив руки у груди, зажал мою восьмиклинку, которая сейчас стала плотней на мне держаться, чем первые два года после того, как я ее нашла.
У меня отросли волосы. Они почти скрывают лопатки. И я постоянно заплетаю их в косу, чтобы не мешались. Но сегодня я этого не сделала и, поэтому ветер, летящий из форточки, устроил на моей голове какареку-макареку, превратив гладкие локоны в своего рода в торчащие во все стороны многочисленные антенны.
Я поднялась над сиденьями и хотела дотянуться до Темы, чтобы выдернуть у него из рук свою любимую вещь. Вот только роста мне не хватило, и я больно шлепнулась на пол, ударившись подбородком о край мягкого сиденья. Стала подниматься, как натолкнулась на протянутую ладонь.
– Валер, ты как? – с беспокойством в голосе спросил Тема.
С тех пор как я его обманула в первую нашу встречу, он частенько переиначивает мое имя в мужскую форму.
– Кепку отдай.
