- Что за молодежь пошла! В мое время молодой человек ничего не стеснялся, а сейчас он только и делает, что удаляется от старших.
- Сувари, я прошу тебя, не начинай все сначала. Пойми меня тоже.
- Я тоже был когда-то молодым и все через это прошел. Конечно, я понимаю тебя.
Бунтаро слегка улыбнулся, а затем ответил:
- Сейчас уже поздно и, как мне кажется, людям пора ложиться спать.
- Но ты сегодня наверняка не уснешь, - сказав это, Сувари поклонился Бунтаро, который тоже ответил на поклон, и ушел к себе в комнату.
Бунтаро постоял один в коридоре некоторое время, а затем, собравшись с силами, отправился в свою спальню. Акиро уже расстелила постель и, распустив свои длинные волосы, легла под одеяло. Мужчина развязал пояс, сбросил кимоно и лег вместе с ней.
XV глава
В канун Нового года к причалу пристал корабль. Матросы опустили парус и велели всем сойти по трапу. Первыми ступили на берег три самурая, затем два оруженосца, а за ними уже Набару с Суруки.
Увидев своего сына, Бунтаро не мог сдержать слез. Ему захотелось броситься к нему и обнять, но соблюдая правила приличия, он остался на месте. Набару подвел к нему Суруки и сказал:
- Бунтаро-сан, это твой сын.
- Да, я узнал его сразу же как только увидел.
- Я приглядывал за ним всю дорогу, чтобы с ним ничего не случилось.
- Спасибо тебе за все, что ты делаешь для нас, - затем обратился к сыну, - ну, сын мой, не узнаешь меня?
- Узнаю, отец. Я так соскучился по вас.
- Я тоже скучал по тебе все это время. Но подожди, у меня есть для тебя подарок, - Бунтаро протянул коробку Муруки и сказал, - открой.
Юноша открыл коробку и увидел кинжал, ручка которого была усыпана драгоценностями. Он удивленно взял подарок в руки и, рассмотрев его, воскликнул:
- Какая красота! Отец, вы знаете, я…. Я не достоин этого…
- Ты достоин большего, сын мой.
- Отец, я никогда не видел такого кинжала.
- А ты и не мог видеть. Ведь это мне подарили монголы, когда мы вели войну против Китая.
Набару заметил, что Суруки уже не слышал своего отца. Мальчик с восторгом крутил кинжал в руках, изображая бесстрашного воина. «Какой же он все таки ребенок еще», - подумал монах.
После недолгих разговоров все трое пошли домой. Бунтаро велел слугам приготовить самый лучший чай. Пока слуги исполняли приказ, Суруки с удивлением рассматривал комнату. За время его отсутствия здесь многое переменилось: татами были новые и расстелены в другом месте, в углу стояла теперь огромная ваза с веткой сакуры, картина из бамбуковых палочек, на которой был изображен журавль, снята.
Рассматривая все это, юноша подумал о том, как было бы хорошо, если с ним была бы еще и Марико. Его думы прервал голос Бунтаро:
- Чай готов. Эй, цветок персика, дикая роза и милая лилия, наполните наши чашечки чаем!
Первыми чай отхлебнули Набару и Суруки, затем Бунтаро. Все трое восхищались зеленым напитком, пока у ворот не раздался стук копыт. Послышались человеческие голоса, затем раздался знакомый голос Сюдземиро.
Бунтаро как хозяин, вышел навстречу гостю и поклонился ему, тот поклонился в ответ. Огромными шагами Сюдземиро протопал на веранду и снял свои сандалии. Бунтаро пригласил гостя к столу, который не прочь был выпить чашечку чая.
Набару и Суруки встали и поклонились Сюдземиро. Тот, в свою очередь, приветливо всем улыбнулся и сел рядом с Набару. Суруки, посмотрев на этих двух людей, слегка улыбнулся, так как оба отличались очень высоким по тому времени ростом, что не могли не привлечь внимания.
Пока мужчины пили чай, две молоденькие служанки наблюдали из кухни и говорили между собой:
- Ой, какой он красивый! Ты посмотри, Яю, какой красивый монах. Он такой высокий, стройный, а глаза как два черных жемчуга. Ах, как он красив, когда улыбается! А ямочки на его щеках так привлекательно смотрятся.
- А ты посмотри на другого, Секу. Он так хорош собой! Какая у него светлая кожа, точно лепесток лилии. А какие длинные ресницы!
- Что ты, что ты! Посмотри, у него же нет одной руки!
- Зато твой монах выглядит абсолютно не мужественно. А мой такой гордый и сильный – настоящий самурай!
Их беседу прервал строгий голос старой кухарки:
- Снова ничего не делаете, бездельницы?! Вы только и можете, что любоваться мужчинами, а мне вам некогда помочь.
- Извините нас, мы больше так не будем, - с поклоном ответили девушки и засмеялись.
- Ох, молодежь, - с улыбкой произнесла кухарка и ушла на кухню.
Выпив чай, Сюдземиро оглядел троих людей (Бунтаро, Набару и Суруки) и сказал:
- Я приехал от господина Шэдэо. Он сейчас готовится к празднику, который состоится завтра в час Обезьяны. Будут приглашены все высокопочтенные люди, среди них должны быть и вы.
- А как мне одеться? – угрюмо спросил Набару.
- Господин Шэдэо сказал, чтобы вы надели нарядное кимоно и никакой рясы. Вы же ведь тоже самурай, - с презрением ответил Сюдземиро.
Бунтаро знал, как не любил этот самурай христиани и чтобы переменить разговор, предложил всем чаю. Они вели беседу до вечера, пока на улице не стало темнеть. Тогда Набару встал из-за стола и сказал:
- Извините меня, но мне нужно уходить. Отец Моттичели уже ждет меня.